Звук, который она издала, когда он ее коснулся, привел его почти в безумное состояние.
«Моя жена, — не переставая, думал Слейд, — моя жена!»
Если бы он был единственным мужчиной, который когда-либо имел для нее значение!..
Господи, если бы это было так!
«Перестань думать, — приказал он себе, — просто чувствуй». Неважно, сколько мужчин у нее было, с этого дня она будет принадлежать только ему. Она будет мечтать о нем, как он мечтал о ней последние полтора года, будет шептать его имя в темноте, и, когда он обнимет ее, будет смотреть ему в глаза и будет говорить… говорить…
Слейд поднялся и разделся. Лара вытянула руки, выдохнула его имя. Он наклонился к ней, прижался и начал целовать снова. Каждый поцелуй становился все более жадным, глубоким, страстным.
— Сейчас, — сказала она, ее губы трепетали под его поцелуями. — Пожалуйста, Слейд, пожалуйста!
Он раздвинул ей ноги, опустился ниже, взял ее руки в свои и развел их в стороны…
— Посмотри на меня, — приказал он грубо. Она открыла глаза. Они были глубокими и почти черными от желания, он боролся с собой, чтобы держать желание под контролем. — Теперь скажи мое имя, — прохрипел он, — скажи, когда я войду в тебя.
— Слейд, — прерывисто выдохнула она, — Слейд, муж мой.
Он зарычал, надавил и потерялся в податливом теле своей жены.
Было поздно, очень поздно — самые темные часы ночи. Луна уже зашла, но заря еще не коснулась неба.
Лара приникла головой к плечу Слейда, обнимая его, и думала, какой счастливой она была теперь, когда нашла этого мужчину… Мужа.
Он занимался с ней любовью с дикой страстью и с такой потрясающей нежностью, что она рыдала в его объятиях. Затем он прижал ее к себе, и она провалилась в сон, защищенная в его руках.
Лара вздохнула, уткнулась лицом в плечо Слейда и нежно поцеловала его.
Какой дурой она была, сопротивляясь этой свадьбе, думая, что Майкл — все, что ей нужно. Ребенок был радостью ее существования и всегда будет, но Слейд… Слейд был кровью, текущей в ее венах. Он был теплом ее души, биением ее сердца…
О, как она любит его! Теперь она это знает, без сомнения. Оставалось только надеяться, что настанет день, когда она сможет сказать ему об этом — прижаться к спящему мужу, разбудить его нежным, долгим поцелуем, улыбнуться ему, когда он откроет глаза, и сказать…
— Сладкая.
Он поцеловал ее снова и поволок на себя. Она обвила руки вокруг его шеи. Его тело было таким теплым, таким возбужденным, и она снова чувствовала, как пульсирует кровь, когда он начал двигаться под ней.
— Ммм… Это похоже… это похоже на…
— По-моему, тоже, — прошептал он и снова сделал движение.