– Так и есть, – удовлетворенно сказала она, – здесь они проходили. Ты ступай по лестнице, а я тут посторожу, если, не дай Бог, вернутся, крикну…
Лола решила довериться своей новой знакомой, потому что ей ничего больше не оставалось. Внутри царила кромешная тьма. Лола нащупала ногой лестницу и стала пробираться наверх, потому что внизу не было никого и ничего – просто пустое помещение с выломанными перегородками. На всякий случай она окликнула Леню вполголоса, но звук в пустом помещении показался таким гулким, что Лола испугалась и замолчала.
Второго этажа как такового не было, только вдоль всего огромного помещения шли мостки не мостки, но что-то огороженное раньше перилами, а теперь перила кое-где обвалились, и запросто можно было свалиться вниз и сломать себе шею. Лола осторожно пробиралась по гнилым доскам, ставя ноги на ощупь. Сбоку ей почудилось какое-то движение.
«Крысы! – мелькнуло в голове. – Да ерунда, нет тут крыс, здесь же есть нечего…»
– Леня! – крикнула Лола во весь голос. – Леня, где ты?
– Чего кричишь? – раздался совсем рядом знакомый голос. – Тут я.
– Ленечка. – Усилием воли Лола сдержалась, чтобы не броситься на голос, она достала коробок спичек и зажгла одну.
Леня сидел неподалеку на полу и казался в неверном свете спички ужасно бледным. Он морщился и потирал голову.
– Ленечка, ты жив! – Лола опустилась рядом с ним на колени. – Куда они ударили? Голова болит?
Она бестолково теребила его и ощупывала, и Маркиз хотел было резко сказать, чтобы немедленно оставила в покое, но почему-то промолчал.
– Ленечка, – бормотала Лола, – Ленечка, милый, ты жив…
Она потрогала его затылок. Волосы слиплись от крови. Маркиз невольно застонал. Лола отдернула руку, потом прижалась щекой к его лицу, и он понял, что она плачет.
– Ну-ну, девочка, – пробормотал он, – не так все плохо. Подумаешь, по голове стукнули… что-то я расслабился после Европы, совсем мышей не ловлю… Давай-ка отсюда выбираться…
С большим трудом они спустились по лестнице, Лола все порывалась подставить свое плечо, а Маркиз отказывался.
– Уж извините, – смущенно сказала Лариса вместо приветствия, – неувязочка случилась, не поняли мы с вами друг друга…
По дороге к дому тети Зины они никого не встретили.
Леня всю дорогу стонал и держался за голову. Увидев его, тетя Зина разохалась, заквохтала над ним как курица, уложила на узенький диванчик и приложила к затылку мокрое полотенце. Потом она заварила настой из нескольких травок и дала ему выпить. Судя по выражению Лениного лица, это была редкая гадость, но он безропотно выпил и задремал.