– Не просто смириться с тем, что любимая женщина продавала себя за деньги, – вздохнула она.
– А тем более рассказать об этом, – мрачно добавил он.
– Верно.– Она положила голову ему на плечо, но тотчас отпрянула.– Но вот я все рассказала и до сих пор жива. Кажется, ты собирался позвонить в Белу-Оризонти, – внезапно вспомнила она.– Давай, я наберу номер, а потом налью нам выпить. Мы можем посидеть на террасе. Тебе содовую, как обычно?
– Пожалуйста.– Губы Диего изогнулись в улыбке.– Мы с тобой все больше похожи на старую семейную пару, – сказал он, поднимаясь на ноги.– Хотя ты у нас девушка работящая.
Она обернулась.
– Еще какая, – заявила она.
Пока он говорил с помощником, Кристел отнесла на кухню поднос с грязной посудой и загрузила посудомоечную машину, потом забежала к себе в спальню, чтобы умыться. Слава Богу, она не смотрела на Диего, когда тот заикнулся о семейной паре, подумала она, стирая тушь со щек. Ее как током в тот момент пронзило, он вполне мог расслышать биение ее сердца. А Диего сказал это между прочим, не придавая словам никакого значения. Кристел скорчила гримасу своему отражению в зеркале. И ей не следует об этом много думать.
Диего как раз закончил разговор, когда она пронесла поднос с напитками на террасу, и последовал за ней. Потягивая содовую, он рассказал, как повлияло на дела в Белу-Оризонти его вынужденное отсутствие. Нет худа без добра – его заместитель смог проявить себя за это время. Но скоро он вновь вернулся к старой теме.
– Ты восстала против прошлого Деборы, превратившись в простушку Джейн, – уверенно заявил он.
Кристел утвердительно кивнула.
– Подсознательно я долгое время страшно боялась как-то выразить себя с сексуальной точки зрения. Страшилась прослыть копией матери. Я из кожи вон лезла, чтобы выглядеть дурнушкой.– Она отпила глоток вина.– Сейчас мне кажется, таким образом я мстила Деборе – у такой прелестной матери такая уродина дочь.
– Остынь, – возразил он.– Ты была совсем не дурна.
– Тем не менее твое сердце при виде меня не дрогнуло.
– Нет, но ведь тебе было всего пятнадцать, ты еще в школу ходила, а я считал себя умудренным и опытным человеком, – сухо сказал он.– И все же, не взирая на скобки на зубах, мешковатые платья и стянутые назад волосы, ты была очень миленькой.
Кристел фыркнула.
–– Да я серьезно, – усмехнулся Диего.– Было в тебе что-то от маленького, пушистого зверька, запутавшегося в пыльном мешке.
Она засмеялась.
– Ну спасибо, уважил.
Он выпил еще глоток из стакана.
– А сейчас ты как относишься к Деборе?
– Сложно объяснить, – задумчиво проговорила Кристел.– Она давно перестала быть мне матерью, ближе бабушки у меня никого не было. И все же – она моя мать.