Это было неземное и жестокое блаженство.
О чем еще она могла мечтать?.. И вдруг это перестало быть мечтой и превратилось в кошмар. Люк начал непроизвольно вздрагивать, прижимая ее к земле с такой силой, что Джесси растерялась. Он двигался в ней сильными, повторяющимися через одинаковые промежутки времени толчками, но все же ей удалось приподняться и назвать его по имени. Но Люк, казалось, ее не услышал.
– Не покидай меня! Никогда не покидай меня.
Джесси охватил ужас. Неужели она сходит с ума? Неужели эти слова произнес Люк? «Нет, не надо!» Этот вопль пронзил ее память, но на этот раз кричал не Люк, а она. «Нет! Я не…» – и в этот момент Джесси внезапно поняла, что кричит она и что она должна заставить его остановиться! Она была в отчаянии, но слова терялись, застревали в ее напрягшейся глотке. Когда Джесси попыталась оттолкнуть его от себя. Люк оперся обеими руками о землю, лишив ее свободы передвижения и так грубо сжав в объятиях, что Джесси не могла пошевелиться.
– Отпусти! – выдохнула она, но Люк не мог или не хотел ее слушать. Джесси была придавлена его каменной грудью, не в состоянии высвободиться, почти не в состоянии дышать. И, когда он наконец кончил, Джесси вернулась назад в прошлое, в ночь, когда убили Хэнка Флада.
– Джесси, что с тобой? – произнес Люк, отпустив ее и обеспокоенно разглядывая ее искаженное мукой лицо. – Что случилось?
Тело Джесси было напряженным и неподвижным. Внутренняя дрожь постепенно угасала. Но сердце билось с такой бешеной скоростью, что она боялась разлететься на части при любом усилии, и только покачала головой в ответ на его вопрос.
– Что такое? – настаивал он. – Джесси… – Он взял в ладони ее голову и слегка потряс, вырвав ее из плена воспоминаний.
– Это была я, – сказала она и умолкла, содрогнувшись и не в силах говорить дальше.
– О чем это ты? – Люк слегка приподнял ее. Его пальцы ласкали ее лицо. – О чем ты говоришь, Джесси? Что произошло?
– Ты не знал, что это была я! – Она не могла продолжать, но на этот раз никакой необходимости в этом не было. Люк отпустил ее и сел на корточки, с ужасом разглядывая ее. Он явно вспомнил. Только он думал, что это была Шелби.
– Господи, Джесси, – прошептал Люк, глядя на бледную, хрупкую женщину, в изнеможении лежавшую на траве. Жилка билась на ее щеке, и тонкие голубые вены на закрытых веках, казалось, тоже трепетали. – Это ведь была не ты, Джесси. Это не могла быть ты. Это невозможно.
Он никогда бы не спутал двух женщин. Шелби было девятнадцать, она была старше его почти на год. Она была чувственной и искушенной в любви. Джесси же тогда была еще шестнадцатилетней девочкой, которая неизменно краснела от одного разговора с молодым человеком. Он не мог сделать этого с Джесси. Кроме того, она, в отличие от Шелби, никогда не возбуждала в нем тех похотливых, жадных инстинктов. Она была для него сестрой, которую он должен был защищать.