— Мне совсем не хочется никого убивать, — возразил я. — Но ты сам учишь меня, что боевое искусство Спокойных — это самое совершенное искусство отнятия жизни. Ты сам говорил мне, что воины жизни всегда добивают противника, чтобы не дать ему отомстить или нанести неожиданный удар. Что же странного в том, что меня интересуют различные способы убийства?
— Ты видишь только то, что хочешь видеть, — заметил Ли. — Нам еще рано об этом говорить.
Я понял, что бесполезно спорить, и неожиданно решился задать вопрос, который уже давно мучил меня.
— Ли, тебе приходилось убивать людей?
— Конечно, и не раз, — усмехнулся Ли.
— И что ты при этом чувствовал?
— Я убивал со спокойным умом и спящим сердцем, — ответил он с такой интонацией, что я понял, что дальше расспрашивать не стоит.
Мы молчали. Мне показалось, что в его глазах была какая-то печаль воспоминаний, хотя на самом деле я никогда не мог угадать по выражению его лица, о чем он думает.
— Встань, я покажу тебе, как можно ударить разными способами в солнечное сплетение, — неожиданно предложил Ли.
Я встал перед ним и приготовился к удару.
— Нанося удар, ты должен выбрать нужную тебе форму руки и необходимое состояние, тогда ты сможешь поразить не только большой город, но и один из его пригородов. Для этого тебе придется выдохнуть ци[8] в противника в нужном направлении, совместив это с соответствующим состоянием.
Я впервые услышал о городах и пригородах и спросил, что это такое.
Ли, проигнорировав мой вопрос, начал объяснять технику перемен и поворотов локтя, изменяющих направление усилия.
Когда он закончил объяснение, я снова спросил его, что такое города и пригороды. Я уже успел прочитать несколько книг по рефлексотерапии и понимал, что города и пригороды скорее всего связаны с активными точками и зонами организма, но с этой терминологией я сталкивался впервые.
— Только не говори мне, что не знаешь, что такое город, — притворно удивился Ли. — Неужели я никогда тебе об этом не рассказывал?
— Я знаю, что город — это большое скопление домов, в которых живут люди, — в тон ему ответил я.
— Люди могут и не жить в домах, тогда город будет заброшен.
— А при чем тут заброшенный город?
На лице Ли было написано явное удовольствие. Он всегда наслаждался моими чересчур откровенными реакциями. Это подшучивание и скрытое издевательство было направлено на то, чтобы я как можно лучше запоминал то, что он рассказывает. Различные чувства, положительные и отрицательные, которые он во мне возбуждал, создавали своеобразные эмоциональные привязки, которые намертво впечатывали в мою память саму ситуацию и то, что при этом говорилось.