Заказать билеты было нелегко, ибо большинство тортовых судов отплывали лишь три раза в году в сопровождении больших конвоев. Но в конце концов ей удалось найти капитана, который собирался отправиться в Америку на старом корабле под названием «Фортуна». Эмбер дала ему достаточно большие деньги, и он согласился ускорить погрузку и отплыть со следующим приливом.
– Я закрою дом и сделаю вид, что уехала в деревню, – сказала Эмбер Нэн. – Я не могу взять с собой много вещей, но после того, как устроюсь, я пошлю за ними. О Нэн! Ведь это…
– Ничего не говорите, мэм, – предупредила Нэн. – Дурная примета строить свое счастье на чьей-нибудь смерти.
Эмбер сразу стала серьезной. Она сама этого боялась – испытывать это счастье, которое охватило ее. Боялась быть благодарной судьбе сейчас, когда она послала ей то, чего она хотела больше всего на свете. Поэтому Эмбер отказывалась даже думать о том, что происходит. К тому же она была слишком занята и слишком взволнована, у нее просто не было времени о чем-либо размышлять. Но она сказала себе: «Так получилось, потому что сам Бог захотел этого, Господь всегда хотел, чтобы мы были вместе», Случилось так, как она однажды заметила Брюсу после чумы: они предназначены друг для друга самим провидением. Только потребовалось слишком много времени, чтобы свершилась воля судьбы. Возможно, он и сейчас не понимает этого, но он поймет, когда снова увидит ее. Даже неуместная беременность, в которой Эмбер была теперь убеждена, вписывалась в ее планы. Это тоже было предначертано Провидением – их ребенок поможет ему забыть утраты.
Эмбер провела вечер во дворце, делая вид, что все идет как обычно, а в это время Нэн в Рейвенспур-Хаусе упаковывала веши и собирала в дорогу детей и нянек. Всего их будет десятеро; Эмбер, Нэн, Большой Джон, Тенси, Сьюзен и Чарльз и их четверо нянек.. Ну и, конечно, Месье лё Шьен. Эмбер даже не пыталась уснуть, когда вернулась в полночь после спектакля. Она переоделась и провела время нервно перебирая вещи чтобы решить, что взять с собой.
Но она не могла собраться с мыслями и принять какое-то твердое решение. Еще не было пяти часов, когда пришел слуга и сообщил, что «Фортуна» готова сняться с якоря через час.
Эмбер схватила плащ и накинула его на плечи, уронила при этом перчатки, нагнулась, подняла их, пошла к дверям, потом бегом вернулась за веером и, когда была уже на полпути в коридоре, вспомнила, что забыла взять маску. Она машинально повернулась и пошла обратно, но потом сердито пробормотала: «К дьяволу маску!» – и побежала дальше.