Выйдя из машины, Ира снисходительно посмотрела на курящих начинающих актрис (этих желторотых птичек она всегда угадывала легко) и по ступенькам направилась к входу. Пока она еще не определилась, на кого производить впечатление – на Фадеева или на Рэнди Хэмилтона, и с волнением предвкушала первое знакомство как с одним, так и с другим. Нелли Марковна достала билет на первый ряд – на одно из центральных мест, так что незамеченной она не останется.
Сняв верхнюю одежду, оставив ее в гардеробной, Ира подошла к распахнутым высоким дверям и огляделась. Зал пока не был заполнен, суетились только журналисты, операторы и фотографы. Пройдя мимо широкоплечего мужчины, устанавливающего камеру, она заняла свое место и, положив невесомую сумочку на колени, стала повторять заготовленные вопросы.
* * *
– Вот наши места, – сказала Сацкая, указывая на два крайних кресла.
Десятый ряд. Лучше бы двадцатый! Зойка села, наклонилась и положила пакет с помидорами на пол. Пока она еще не знала, как выкрутиться из создавшейся ситуации, но очень надеялась, что судьба подкинет какой-нибудь подарок и все решится само собой. Она оглянулась, увидела знакомых девчонок с курсов, махнула им рукой и повернулась к сцене. Журналистов вроде немного, телевизионщиков – двое, но этого вполне достаточно, чтобы скандал с помидорами приобрел всероссийские масштабы. Дело – дрянь! И почему Элька не боится загреметь в милицию?
Готова на все ради рекламы своего общества?
Уверена в безнаказанности или окончательно сбрендила?
Наверное, все сразу.
На сцену вышел сухощавый мужчина в светло-сером пиджаке, и сразу раздались приветственные аплодисменты.
– Дорогие друзья, – начал ведущий, – мы рады приветствовать вас в стенах Дома кино «Кадр». Вы пришли на встречу с талантливыми людьми, и мы надеемся, что беседа будет обоюдно приятной и интересной…
– Можете в этом не сомневаться, – прошипела Эльвира, и Зойка, тяжело вздохнув, покосилась на пакет с помидорами.
– …напоминаем, что фото– и видеосъемка может проводиться только теми лицами, которые получили разрешение администрации…
Дальше Зоя слушала невнимательно, она так разволновалась, что, вцепившись в спинку переднего кресла, практически не моргая, стала смотреть в затылок коротко стриженной мадам преклонных лет.
На сцену по очереди выходили актеры и усаживались за стол напротив микрофонов. Ведущий представлял их, и вместе с присутствующими хлопал в ладоши.
– Вот он, смотри, – тихо сказала Сацкая, и Зойка вынырнула из-за мадам.
На краю сцены стоял Игорь Яковлевич Фадеев. Улыбался и кивал. Ничего такой… приятный. Зойка тоже улыбнулась, вспоминая короткую юбку, сетчатые колготки, вагончик… наверное, он уже не помнит ее… А если бы он только знал, какой ей приснился сон! Рубашка летит в сторону, и он идет к ней! Оборжаться!