– Это было бы моим самым искренним желанием. И знаешь, Хьюстон, этот человек, за которого ты вышла замуж, он хороший человек.
– Да, я знаю, но почему ты так считаешь?
– Мне пора идти, и спасибо за совет насчет управляющего. Блейр еще меньше, чем я, в этом понимает. Возможно, мы увидимся в церкви в воскресенье. Счастливо.
Хьюстон в недоумении уставилась на телефонную трубку, потом пожала плечами и вернулась в библиотеку.
Спустя три недели после свадьбы Хьюстон сказала Кейну, что она наконец готова заняться обустройством его кабинета. Она предполагала, что, возможно, он будет возражать, но такой бурной вспышки не ожидала. Выражая свое мнение по поводу ее вторжения на его частную территорию, он пользовался такими словами, каких она раньше даже не слышала, но, чтобы понять их, большого ума не требовалось.
Эден и Ян стояли неподалеку и с интересом следили, кто же выиграет это сражение.
У Хьюстон не было понятия, как с этим справиться, однако она решила стоять на своем.
– Я собираюсь вычистить эту комнату и поставить нормальную мебель. Либо ты дашь мне сделать это сейчас, в твоем присутствии, либо я это сделаю, пока ты будешь спать.
Кейн навис над ней с угрожающим видом, и Хьюстон отпрянула, но не сдалась.
Выходя из комнаты, Кейн так сильно хлопнул дверью, что она чуть не сорвалась с петель.
– Чертовы женщины! – прокричал он. – Не могут оставить человека в покое, все время что-нибудь меняют, они просто не могут вынести того, что человек счастлив.
Когда Хьюстон обернулась к Эдену и Яну, они лишь слабо ей улыбнулись и поспешили выйти из комнаты.
Хьюстон подозревала, что комната будет грязной и захламленной, но когда она туда вошла, то обнаружила, что это просто свинарник. Шестерым людям понадобилось полтора часа на то, чтобы вымыть ее, включая мраморные статуэтки львов на камине. Когда все было чисто, Хьюстон приказала лакеям заменить дешевый дубовый стол Кейна на новый, в стиле Уильяма Кента, сделанный в 1740 году. За столом могли сидеть сразу трое человек – два компаньона и один посетитель. Она поставила к столу два кожаных кресла и еще одно огромное, обитое красной кожей – специально для Кейна. Когда она впервые увидела его на чердаке, то сразу же поняла, где оно будет стоять, и кто на нем будет сидеть.
Когда новый письменный стол был на месте, Хьюстон отослала всех слуг, за исключением Сьюзен, наверх, а они вдвоем начали разбирать то, что в таком беспорядке захламляло комнату. Она знала, что бесполезно было пробовать сортировать документы, распиханные по всем уголкам кабинета, поэтому Сьюзен принесла горячие утюги, и они выглаживали скомканные бумаги и клали их аккуратно в ящики стола.