Когда из машины вышел Харыбин собственной персоной, бодрый, быстрый, с сигаретой в руке, Юля поняла, откуда в черном платье Аперманис появилось подслушивающее устройство… Хотя такими дешевыми штучками Харыбин бы не пользовался – слишком уж опасно и непрофессионально! Разве что он задержался в С. именно из-за Аперманис, из-за этой странной особы, окружившей себя туманом неправдоподобных прибалтийских легенд и присвоившей себе фамилию погибшей женщины? И, кто знает, не Аперманис ли заброшена сюда, чтобы охотиться на Харыбина и его сотрудников в каких-то своих, только ей известных целях, а не наоборот…
Была и еще одна версия, о которой и думать-то было неприятно, а тем более – проверять. Они могли быть любовниками. Харыбин – крепкий, здоровый и беспринципный мужчина, что касается связи с женщинами (как показала их недолгая совместная жизнь), мог запросто сделать мистически заряженную обладательницу чудесного акцента своей любовницей, нисколько не заботясь о том, что та проживает бок о бок с его законной женой, правда, сбежавшей от него… С него станется.
Юля на свой страх и риск вошла (спустя неопределенное время, показавшееся ей целым часом) в подъезд, поднялась и, постояв с минуту перед знакомой дверью, достала свои ключи, которым и полагалось находиться при ней, поскольку она имела к харыбинской квартире самое прямое отношение, и открыла нижний замок. Дверь тут же поддалась и тихо, словно петли были из теплого масла, открылась, приглашая оробевшую Юлю войти. Она замерла, вся обратившись в слух и понимая, что все, что она сейчас может услышать, направлено исключительно против нее: любовные ли стоны, деловая ли нервная речь, а то и брань, которой Харыбин пользовался как теплыми дешевыми перчатками в лютые морозы…
Но в квартире было подозрительно тихо. «Не хватало только обнаружить здесь парочку остывающих трупов…»
Она на цыпочках приблизилась к распахнутой двери, ведущей в спальню: никого. Постель аккуратно застелена, пыль с мебели вытерта. Чувствуется, что здесь живет организованный и не терпящий беспорядка человек.
В гостиной тоже пусто, ни одной живой души. На столе стопка чистой бумаги и апельсин. «Витаминный Харыбин когда-нибудь „проколется“ именно на апельсинах или лимонах», – подумала Юля, недоумевая, куда же могли подеваться оба бездельника – ее практически бывший муж и аферистка Аперманис.
Она обошла всю квартиру и вернулась в машину потрясенная, словно кто-то извне шепнул ей, что две эти подозрительные личности ей привиделись. А темно-синяя машина – не что иное, как мираж. Что ткни в ее блестящий холеный бок, и палец увязнет в тугих воздушных слоях прозрачной материи галлюцинаций…