На лицо Кейси набежало облачко грусти.
– Да, очень. Папа был замечательным. Он был мне и за отца, и за мать. Маму я совсем не помню, поэтому вся моя жизнь, все хорошее, что было в ней, связано с отцом. Мы были очень близки.
– Он больше не женился?
– Нет. – Кейси печально улыбнулась. – Он говорил, что в его жизни уже есть две любимые женщины: его дочь и его работа, а больше ему никто не нужен. – Кейси глубоко вздохнула, отгоняя от себя грустные мысли.
– Я вижу, ковбои уже располагаются на ночлег, – сказала она, меняя тему. Несколько человек еще сидели у костра, но большинство уже разворачивали спальные мешки и устраивались на ночь. – А где я буду спать? – поинтересовалась она. – Хотелось бы поскорее лечь, а то у меня уже начинают слипаться глаза. – Она прикрыла рукой зевок. – А завтра снова предстоит тяжелый день. Ох, нелегка же ты, жизнь ковбоя, – пошутила Кейси.
– Ты уверена, что хочешь еще поработать? – с сомнением спросил Джонатан. – Если ты упорствуешь, чтобы только доказать мне, что крепкая девушка, а не городская неженка, то не стоит. Я уже это понял и признаю, что был не прав.
Ну надо же, с юмором подумала Кейси. Похоже, где-то в африканских джунглях сдох огромный слон, если она слышит такие слова от надменного Джонатана Радмана.
– Приятно это слышать, но дело не в этом. – Точнее, не только в этом, добавила она про себя. – Как я уже сказала, есть и другие причины, по которым я хочу продолжить работу.
– Ну что ж, будь по-твоему. А что касается ночлега, то, если ты подождешь минут десять, пока я закончу здесь кое-какие дела, я отвезу тебя на машине в большой дом.
– Но ведь все ковбои будут спать в лагере, разве нет?
– Верно, но ты не все. Не пристало тебе спать среди мужчин, да еще на земле.
– Это почему же? – дерзко усмехнулась Кейси, уступая невесть откуда взявшемуся желанию поддразнить его. – Разве я не такой же работник, как все? Если все спят в лагере, то и я буду.
– Кейси, прошу тебя, не упрямься, идем я отвезу тебя домой, – увещевал ее Джонатан.
Кейси видела, что он начинает злиться и его терпению скоро придет конец. Следовало прекратить дразнить его, но в нее будто бес вселился.
– Ни за что. Я буду ночевать вместе со всеми в лагере, – упрямо повторила она.
Он помрачнел, затем щелкнул пальцами, словно что-то вспомнил.
– Но ведь у тебя же нет спальника. На чем ты будешь спать?
Кейси на мгновение растерялась, потом ответила:
– Ничего страшного. Попрошу у кого-нибудь одеяло или… – она лукаво улыбнулась, – попрошу кого-нибудь из парней потесниться.
Это была шутка, но едва слова слетели с ее губ, как Кейси поняла, что не стоило ей этого говорить. И дернул же ее черт за язык!