Каменный Пояс, 1982 (Зыков, Андреев) - страница 93

У джалильцев есть свой основной, давний принцип в воспитании у начинающих художественного вкуса — опора на классику.

Двести раз выходила двухполосная литературная страница «Степные родники» в областной комсомольской газете. Сколько же добрых поэтических слов было сказано в честь родного Оренбуржья!

Двадцать пять лет бьет один из многих малых родников, питающих нашу нынешнюю и будущую тоже литературу, — неприметный степной родничок.


П. Краснов,
член правления
Союза писателей РСФСР

ВАЛЕРИИ КУЗНЕЦОВ

♦♦♦


Ветром повеяло с поля —

Как посвежело в окне!

Все и событье,

не боле,

Что же так радостно мне?


Это с уральских откосов —

Светлых заимок души —

Снова пора сенокоса

Вторглась во все этажи!


Пыл чабрецовой прохлады

К ночи сильней и пьяней…

Много ли памяти надо,

Если далекое с ней!


Если негаданной ночью

Ожило все, что люблю, —

Родины запах молочный,

Все исцеляющий

пью.


ЦЕНА ХЛЕБУ


От века — крепость и оплот,

Надежда в прошлом и грядущем —

О чем раденья каждый год?

О хлебе,

все о нем, насущном…


Ты помнишь,

как он волновал

В очередях послевоенных,

Тот хлебный дух на весь квартал

С утра

у магазинов хлебных!


Как ты буханку прижимал

К груди —

был ветер детства резок —

И, как всегда, казался мал

И сладок

теплый тот довесок!..


Все, все осталось вдалеке

Уральского степного тыла, —

Горбушка в худенькой руке

Тепло навечно сохранила.


Пусть нашим детям не понять

Дней,

штемпелеванных войною,

Но цену хлебу

им узнать

Не доведись такой ценою.


АЛЕКСАНДР БУРЦЕВ


♦♦♦


Пришел с войны,

Не лег — упал,

Не гордый — виноватый.

Он этот огород копал,

Он строил эту хату,

Он заломал тебя,

Война,

Он — руки золотые…

И смотрит с ужасом

Жена

На рукава пустые.



РОДНОМУ ГОРОДУ


И облака над городом моим,

И в нем живущий добрый мой приятель —

Отечества благословенный дым,

Который нам и сладок и приятен.


Я уезжал и возвращался вновь,

И возвращенья были как рожденья.

Мой город — моя первая любовь,

Волнующее душу притяженье.


Все лучшее я городу отдам,

Страницы жизни зря не пролистаю.

Ведь, прирастая сердцем к городам

Любимым, мы к Отчизне прирастаем.



ШИНЕЛЬ


Пропахла не гарью, а пылью

Нелегких, но мирных дорог,

И полы ее, словно крылья,

Парят у шагающих ног.

Я в этой шинели крылатой

Идти на край света готов,

Покроя — «а ля сорок пятый»,

Фасона — победных годов.

Шинель, словно мать и подруга,

И мертвых в бессмертье вела,

Была нам когда-то кольчугой,

Постелью предсмертной была.

Дороги, леса, перевалы,

Холодные песни ветров,

Шинель нам сердца согревала

У дымных привальных костров.

Дороже парадных мундиров,

Шинель моя в серой пыли,

Мы в этой шинели до мира

Полмира когда-то прошли.


ГЕННАДИИ ХОМУТОВ

ОЖИДАНИЕ СЕСТРЫ