— А я почем знаю!..
Неожиданно на помощь Алексею пришел белобрысый бандит, тот, что был в казачьих шароварах.
— Не, — сказал он, подмигивая приятелям, — ты Цаца, не психованный, а так малость чокнутый…
По-видимому, он считался здесь завзятым острословом. Вокруг засмеялись. Посыпались насмешливые замечания:
— Цаца опять родню ищет!
— Нашел: ихние собаки с одного корыта лакали!
— Ша! Да не мой он сродственник… — начал объяснять Цаца.
— А не твой, так в кумовья не лезь! — осадили его.
— Годи, Петя, после разберешься! Ты лучше скажи (это уже к Алексею), долго еще нам тут гнить, не знаешь?
— Недолго, — сказал Алексей, — скоро ударим. Нечипоренко зря, что ли, приехал? Это, брат, сила!..
Цаца пытался еще что-то объяснить, но его уже не слушали. Все сдвинулись к Алексею. Он принялся расписывать Нечипоренко: у него-де целая дивизия на Тираспольщине, одной конницы чуть не полтыщи сабель, а на хуторах близ Паркан припрятана полная батарея полевых орудий… Он говорил первое, что приходило в голову, лишь бы отвлечь внимание бандитов.
Когда через некоторое время он взглянул туда, где стоял Цаца, Пети уже не было. Вместе с ним исчез бандит в казачьих шароварах…
И тогда Алексей понял, что ошибка, совершенная им, непоправима. Много ли надо, чтобы поднять панику среди бандитов! В катакомбах у Цацы, должно быть, немало приятелей. Достаточно Пете сказать, что Алексей ему подозрителен, и вся эта компания явится сюда выяснить, кто он такой. А если еще вспомнят, что во время пожара на элеваторе Алексей был с Микошей, который тогда и был убит при весьма таинственных обстоятельствах, то уж не выкрутишься никакими силами! А ведь вспомнят, обязательно вспомнят!..
Он продолжал говорить, выдумывал новые и новые подробности “боевой мощи” Нечипоренко, а сердце тяжело бухало в груди, и каждый его удар отдавался в голове: “Все… конец… все…”
Потом мысли потекли ровней. Если вырваться из этой пещеры, то есть еще надежда удрать, нырнув в какой-нибудь боковой тоннель. Не сладко будет потом в кромешной тьме искать выход из катакомб, но это уже ерунда…
К нему подошел галичанин.
— Йиды до батькив, клычуть, — сказал он.
“Вот оно… Цаца уже доложил…”
Он оглянулся.
“Того, что с винтовкой, сбить — и в тоннель!..”
Но сразу же отбросил эту мысль. Уйдет он отсюда или нет — провал операции все равно на его совести. “Нет, тянуть… тянуть до последней секунды!..”
В нише у стола, за которым сидели Вакульский, Дяглов и Нечипоренко, Пети Цацы не было.
— Ты больше не нужен, — сказал Дяглов, когда Алексей подошел к ним. — Полковника мы сами отправим.