Роскошная женщина обязана соответствовать внешней оболочке. Во всем. Даже мельчайшие детали имеют значение. Амазонка из позапрошлого века не может приковылять к дорогому отелю на своих двоих. Ходить пешком – дурной тон. «Весь Питер» схватится за животы, сведенные к ребрам модной диетой. Я поймала частника. Выбрала самую лучшую машину. Водитель странно покосился на тонкую лайку, обтянувшую мою заднюю часть. В облипочку, блестит. Все натянуто, обтянуто и затянуто. Стройнит и зажигает. Водитель молодой, симпатичный, с усиками. Тонкие такие усики, в стиле двадцатых годов прошлого века. Стиляга попался. Это хорошо. В тон моему костюму. К сумочке подходит. К туфелькам. Наверное, он тоже остался без работы. Временно бедствует. Вынужден подрабатывать частным извозом, как я бездарными переводами.
– Далеко собрались? – спросил стиляга.
– На тусовку. Надо, чтобы с шиком. С фертом. Сумеете? – спросила я, посматривая на тонкие нафабренные усики. Аккуратно подстриженные, волосок к волоску. Любит себя владелец серебристого «Форда». Наверное, у зеркала часами торчит. Налюбоваться не может. И машина у него новая, еще муха не сидела. Модник даже обиделся.
– Что за вопрос? С шиком так с шиком, с фертом так с фертом, – сказал он и разогнал серебряное насекомое до возможных и невозможных пределов. Гаишники со страху попрятались. Наверное, подумали, что стильный водитель происходит из пресловутого «фордового» клана.
– С форсом подъехать не каждый сумеет, – подзадоривала я стилягу.
– Не каждый, – охотно согласился частник. – А я сумею.
– А почем нынче в Питере форс? – я ловко ввернула каверзный вопрос. Плата за проезд – одна песня. Проезд с форсом – другая. И стоит значительно дороже.
– Двести, – завернул водитель. Я едва не свалилась под бардачок. Юбка угрожающе затрещала. Лайка не выдерживала аппетитов залихватского форса.
– Да за такие деньги!.. – заорала я, хватаясь за дверцу, пытаясь открыть прямо на ходу. – За такие деньги я вас самого донесу на руках вместе с вашим «Фордом»! Ехать всего три минуты. Побойтесь бога. Креста на вас нет.
– Уроните, – не согласился со мной стиляга. – Как пить дать уроните. Или меня. Или – «Форд». А бога не боюсь. Чего его бояться-то? И креста на мне нет, вот посмотрите, – он дернул ворот рубашки, показывая голую шею, без цепочки и крестов. – Не упрямьтесь. Дверь все равно не откроете. Сами же знаете, что не откроете, – упрекнул он.
Упрекнул довольно мягко, без хамства, без нажима, без волевой голосовой осадки. Ласково сказал, дескать, села в машину, будь любезна уплатить за проезд. Как в муниципальном автобусе.