— Кто?
— Понятно. Значит, не они. Зачем я им такой сейчас нужен?
— Лена — это Мосина, певица? — поинтересовался Совин. — А Толстый кто?
— Ну вы точно не от них. Иначе бы и вопросов таких не задавали. Чему обязан? — Глебову не хватило только вздернутого подбородка для столь аристократического вопроса.
— Откровенно говоря, ни Лена Мосина, ни ее Толстый меня не интересуют, — ответил Совин, изрядно при этом соврав: они как раз его очень интересовали.
И Совин не зря еще раз повторил имена. И возражений на них опять не последовало. Значит, Глебов знаком и с Мосиной, и с неким Толстым. Уже какая-то информация, хотя неясно пока, с чем ее можно связать.
— Владимир Борисович, меня Снегирева интересует. Я журналист, собираю материалы о ней, — начал Совин и вдруг неожиданно для себя решил идти напролом. — Почему вы во Владимире назвались Олегом?
— Не знаю — команда такая была, и всё.
— Какая команда? От кого? — не понял Дмитрий.
— С Мариной познакомиться. Толстый так сказал.
— А зачем?
— Понятия не имею. Стихи ему Маринины привозил, фотографии.
— А это зачем?
— Да откуда я знаю! Толстого не поймешь. Какие-то свои дела. А мое дело маленькое: сказали, заплатили — я сделал…
— Ладно, Бог с ним, с Толстым. Меня всё-таки Марина Снегирева интересует, — перевёл разговор Совин. — Что она была за человек?
На самом деле Дмитрия уже не интересовал внутренний мир погибшей женщины. Он продолжал задавать вопросы о Марине и механически слушал ответы. Его занимал Толстый.
А собеседник разговорился. Он как бы ушёл от своего жалкого существования в мир, где был здоров, где рядом с ним была красивая женщина, которой, похоже, он тогда не на шутку увлёкся…
— …И Андрей передал, что пятнадцатого Толстый будет ждать Марину. Она же хотела пробиться на эстраду. Поехали — тут «урал» в лоб нам и вышел. Марина рядом сидела, а я, конечно, влево руль дернул — её под удар и подставил. Очнулся в больнице… — Глебов замолчал.
— Какой Андрей? — очнулся Совин.
— Сергеев, какой же еще? — удивился Глебов.
«Адвокат из Владимира!» — догадался и удивился Совин.
— А как вы с Мариной познакомились? — спросил Дмитрий, уже зная ответ.
— Так Андрей и знакомил. Она иногда в кафе забегала, в Доме работников искусств. Он меня туда и привез. И познакомил…
— А адвоката вы откуда знаете?
— Так Толстый дал его адрес и телефон, чтобы на Марину выйти.
Они поговорили ещё полчаса. Глебов ушёл в воспоминания. По правде говоря, Дмитрий слушал вполуха. Значимой информации в воспоминаниях не было. Совин незаметно подвел разговор к завершению и распрощался. И только выйдя за территорию больницы, достал из кармана куртки диктофон, с которым никогда не расставался, и выключил его.