Яблочный бал (Грейс) - страница 66

А теперь они шли по тому самому холму, с которого зимой катались на санках и где играли в снежки. Только теперь он был покрыт зеленой травой. Светило теплое весеннее солнце.

— Я не звонил тебе, — начал он, когда они дошли до вершины.

— Я заметила.

Они сели на траву. Сабрина поджала под себя ноги.

— Ты мне тоже не звонила, — сказал он. — Но не будем говорить о нас.

— Таков ведь был план, не так ли?

— Да, был, — согласился Зак. — Я думал, он сработает, — он посмотрел на нее.

Почему же она не улыбается? Почему не сдается и не рассказывает, как плохо ей было без него? Почему не признается, что хочет его также, как и он ее?

Зак набрал воздуха в легкие. Сейчас или никогда.

— Но план не сработал. По крайней мере, для меня, — он посмотрел ей в глаза.

Она кусала губу. Ее щеки покрылись румянцем. Он взял ее руки в свои и заставил себя продолжить. Потому что если он не скажет ей это сейчас, то не скажет уже никогда.

— Меня больше не устраивает моя жизнь, которая казалась мне такой удобной… Потому что в ней нет тебя…

Сабрина положила свою руку, на его ладонь.

— Зак, не стоит говорить этого, если ты действительно так не думаешь. Если ты не хочешь иметь ничего серьёзного со мной.

— Не хочу? С тобой? — удивленно повторил он. — Ты лучшее, что было у меня в жизни. Я люблю тебя.

— Ты? Любишь меня? — Ее глаза наполнились слезами. — Ты же говорил, что…

— Я знаю, что говорил. Я знаю, что думал. Я был неправ. Потому что, если это не любовь, значит, я серьезно болен. Я не могу есть. Я не могу спать. Я не могу работать.

— Звучит серьезно, — сказала Сабрина и улыбнулась. — Чем я могу тебе помочь? — Она придвинулась к нему, поцеловала и отодвинулась, чтобы посмотреть на него.

— Это помогло! — сказал Зак.

Он обнял ее и поцеловал так, как не целовал прежде: глубоко, нежно. Но подождите! Чего-то не хватало. Он прервал поцелуй, положил ей руки на плечи.

— Когда мужчина говорит женщине, что он любит ее, разве она не должна ничего сказать и ему? — спросил Зак. — Не мучай меня, Сабрина.

Если ты не любишь меня, просто скажи. Если ты все еще хочешь остаться старой девой и уйти на пенсию в шестьдесят пять лет, чтобы наслаждаться одиночеством, скажи мне, и я изменю свои планы.

— А какие у тебя были планы? — спросила она.

— Я подумывал насчет того, чтобы пожениться на заднем дворе дома Эла и Дорин.

— С наряженными детьми? — спросила она.

Ее глаза светились счастьем.

— Я думал, тебе должно понравиться, — сказал Зак, довольный собой. — Но я не могу жениться на женщине, которая не любит меня. Которая не хочет того, чего хочу я.