– Письмо Родни пришло? – спросила Лора.
– Надеюсь, вы не рассердитесь, что я вскрыл его? Можно сказать почти наверняка, что Андерсон убил Хэтчера. А меня бросил под поезд.
Я протянул письмо Лоре, и Гордон прочитал его из-за ее плеча.
– Можете отдать мне письмо? – попросил он.
– Конечно. Сварить вам кофе?
– Спасибо. Я должен идти.
– Отправили запрос в Гонолулу? – поинтересовался я.
– Да. И попросил поторопиться с ответом. Если вам понадобится связаться со мной, позвоните в наше центральное отделение в Лос-Анджелесе. Я сообщу там вашу фамилию. Где вас искать?
– У меня забронирован номер в «Гранте», в Сан-Диего. Я сегодня туда уезжаю.
– Возможно, я с вами там увижусь. Насколько мне известно, эсминец, на котором служил Гектор Ленд, находится сейчас в Сан-Диего, и я собираюсь на нем побывать.
– Я тоже.
Пожав руку мне и Лоре Итон, Гордон ушел. Мне стало любопытно, спит ли он когда-нибудь. У Лоры Итон я попросил разрешение воспользоваться ее телефоном.
– Конечно. Телефон в холле. А этот Андерсон шпион или кто-то вроде этого?
– Вроде. Я бы мог вам кое-что рассказать, но в ФБР меня попросили молчать.
– Мне достаточно и того, что я знаю. Сварю вам кофе.
Я позвонил в контору местной авиалинии и попросил аннулировать мой заказ. Позавтракав с Лорой Итон, я сел в такси, наугад поехал на аэродром и ухитрился получить место в следующем самолете до Бэрбанка. Там я долго дожидался рейса на Сан-Диего. Позвонив Мери в гостиницу, я узнал, что она уехала, оставив мне записку с просьбой встретиться с ней в Сан-Диего.
День, казалось, задержал дыхание. Я ходил туда-сюда по залу ожидания, пробовал читать газету, видел между строк Андерсона и убийства, вставал и снова ходил. Я попытался позвонить Гордону в ФБР, но его там не оказалось. Я смотрел, как с неба, словно безобидные ястребы, спускаются гражданские самолеты.
Вынырнувшая из одного из них кинозвезда осклабилась во весь рот перед ослепившими ее фотовспышками.
Я наблюдал за разжиревшими чиновниками с суровыми лицами, за богатой холеной женщиной, перелетавшей с побережья на побережье, за штабными офицерами, с отяжелевшими от золотых нашивок рукавами, якшавшимися с простыми солдатами и беззаботными матросами, возвращавшимися из отпуска в тихооокеанский водоворот. Прощавшиеся пары пылко обнимались перед разлукой, встречавшиеся не скрывали своего счастья.
Я не переставал думать об Андерсоне, который орудовал где-то на просторах юго-западных штатов и, не таясь, творил зло.
За несколько минут до отлета я снова позвонил Гордону и на этот раз поймал его.
– Рад, что вы позвонили, – сказал он, – но мне казалось, вы собирались в Сан-Диего?