— Надо раненых проверить, — покачала головой девушка. — И тебе отдохнуть надо, ты ведь тоже не спал уже много дней.
— Хорошо, — согласился Стоян. — Пошли, проверим раненых, а потом отдыхать. Мы заслужили.
— Заслужили, — улыбнувшись, кивнула девушка.
На небе хозяйничал месяц, окруженный россыпью звезд, в траве стрекотали цикады и шебуршали мыши. В больнице тихо спали дружинники, лекарство, приготовленное ведуньей и заговоренное колдуном, творило чудеса, раны заживали прямо на глазах. А рядом с кроватями своих больных тихо посапывали сваленные усталостью княжеский колдун и ведунья.
Чем еще заняться в холодный пасмурный день, когда все дела переделаны, службы проверены, а княжеский колдун снова куда-то запропастился. Наверное, проводить время с женой и детишками. Ну а если детей и жены нет, то начищать и точить верный меч, делать наконечники стрел, чистить и кормить коня. Ну а если ты князь и тебе вроде как по статусу не положено всем этим заниматься, то остается только придаваться воспоминаниям. Радомир сидел на широком сундуке и смотрел, как по разноцветным стеклышкам окна стекают дождевые капли. Очередной дозор вернулся с плохими новостями, на его южные границы повадились нападать разбойники. В следующий раз надо будет самому с дружиной поехать, — решил князь. Купеческий обоз изобразить побогаче, и показать, что князь Радомир просто так своих людей обижать не дает. А пойманных разбойников показательно вдоль дороги повесить, чтобы другим не повадно было. Хотя страшно это, когда едешь по дороге, а вдоль нее на суках душегубы висят. В детстве ему часто снились кошмары, в которых висельники соскакивали со своих деревьев и бросались догонять его семью. Братья долго над ним потешались, когда он решил страхами поделиться, средний брат Боголюб часто потом подкрадывался сзади, хрипя: «Я висельник». Тогда Радомир понял, как это бывает, когда доверие против тебя самого оборачивается. Старший брат Всеволод над его страхами посмеялся, но никогда не издевался, не до того ему было. Всеволод — старший сын князя Горыни Поморского, готовился стать отцу помощником, а потом и заменой, среднему Боголюбу — отец пророчил роль жреца в храме прародителей Неба и Земли, но парень страсти к богословию не питал и почтением к богам не отличался. А от младшего сына Радомира вообще ничего не ждали, и ничему особо не учили, так всему понемногу и науками и воинскому искусству и богословию. Но Радомир был любознателен, он постоянно требовал объяснить ему то то, то это и когда князю Горыне это надоело к мальчику был приставлен колдун Стоян, на которого была возложена обязанность обучения юного княжича, ну и присмотр за ним. Не смотря на усмешки братьев, мол, приставили к мальцу усатую няньку, Радомир со Стояном подружились. Колдун давал княжичу максимальную свободу, присматривая только за тем, чтобы тот себе шею не свернул, да особо в опасные переделки не попадал. А переделки Радомир любил, то он решил самостоятельно проверить, правда ли что из колодца даже днем звезды увидеть можно, то, правда ли что русалки хорошо целуются. И если за историю с колодцем Стоян княжича просто пожурил, то после того как едва спас Радомира от утопления русалками, прямо там, у пруда, спустил с него штаны и выпорол, чтобы впредь не повадно было. Князь Горыня ни об одной, ни о другой выходке младшего сына так и не узнал. А потом, выйдя из разрушительного подросткового возраста, Раломир стал проявлять интерес к государственным делам. Это не осталось не замеченным ни князем, ни Всеволодом и если князь относился к заинтересованности младшего отпрыска с радостью, то наследник княжества с враждебностью, доходящей до ненависти. В те годы Радомир понял, что и родные братья могут быть врагами. Он попытался переключить свои интересы на воинское дело, но надолго его не хватило. Тогда Радомир принял решение и пошел поговорить с отцом.