Она снова изогнула бровь.
- так как оно будет, любовничек?
Алекс не хотел соглашаться, но он был уверен, что не хочет, чтобы она снова нажимала на курок. Когда она подняла поцарапанное оружие, демонстративно покачивая им и наклонила голову в вопросительном жесте, он неохотно кивнул.
- Хороший мальчик. - Она поднялась. - Отнесите его в спальню, - сказала она мужчине.
Он потянулся и схватил Алекса своей огромной рукой, волоча его за ноги. Человек повернул Алекса вокруг, осторожно, чтобы не запутаться в проводах, и толкнул его в сторону спальни. Бетани предупредила Алекса чтобы он держал руки вверху и далеко от проводов. Он не пытался остановится или протестовать, когда они вели его по темному холлу. Он был уверен что любые его призывы пропустят мимо ушей. Она уже доказала что сможет нажать на курок быстрее чем он сможет вырвать провода.
Краткие, но яркие вспышки молний создавали из двух захватчиков не более чем процессию ослепляющих статуй. Когда свет потухал они, превращались в невидимых призраков преследующих его.
Когда Бетани, следуя за Алексом, прошла в дверь спальни, молния снова осветила комнату. Дождь ударял в окна, как что-то живое, что хочет забраться внутрь.
- Мило, - сказала она, осматривая комнату в случайном свете иллюминации. - Не то, к чему я привыкла, но мило.
Отдаленные вспышки молнии сова осветили ее, но теперь менее ярко. Она подошла к нему, пробежалась пальцами по металлическому столбику кровати и улыбнулась. - Мне особенно нравятся железные кровати.
Она сделала жест мужчине. Тот толкнул Алекса на кровать. Зубчатые металлические клеммы, все еще вонзенные в его мышцы и соединенные с Тэзером тонкими проводками, начали причинять неслабую боль.
Человек обрушился на него, расставив свои бедра, и используя своей вес чтобы удержать Алекса. Он вытащил некие крепкие нейлоновые стяжки, крепко затянув одну из них на запястье Алекса, а затем закрепил петлю вокруг толстого куска железа у изголовья. Он протянул маленький конец сквозь маленький зубчатый блок и затянул его достаточно сильно чтобы стяжка болезненно врезалась в плоть. Алекс использовал раньше такие стяжки. Он знал они могли быть разрезаны без особых трудностей, но, потянув, пытаясь разорвать их ничего не достигнешь, кроме того что они прорежут кисть до кости.
Мужчина привязал другую руку Алекса к спинке кровати, потом связал обе лодыжки и скрепил из у основания кровати.
- Удвой количество стяжек, - сказала Бетани мужчине, так как наблюдала за глазами Алекса. - просто чтобы быть уверенными.
Алекс боролся с нарастающей паникой в то время как мужчина добавлял больше стяжек на его запястья и щиколотки. Одну стяжку будет невозможно разорвать; больше чем одна была призвана подтвердить тезис о том что он не только не имеет шансов вырваться, но что Бетани была той кто диктовал его судьбу.