— Я читал ваше личное дело, капитан, — вместо приветствия говорит адмирал, сверля меня тяжелым взглядом. — Не скажу, что я в восторге от связей своей внучки. Она всегда отличалась э-э-э... эксцентричностью. В некоторых случаях это вовсе неплохо. Для бизнеса. Но сейчас она явно перегнула палку. С вашей стороны было очень неразумно втравливать баронессу в это дерьмо, капитан. Если она вылезет из этого приключения живой, так и быть, я не стану растирать вас в порошок. Так что вы уж приложите все усилия, капитан. Это я вам по-дружески советую.
— Дедушка!
— Девочка моя, у нас тут мужской разговор. Помолчи. Вы меня поняли, капитан?
— Так точно, сэр! Понял! — чеканю я, вытягиваясь.
— Это хорошо, капитан. А то все кругом в голос талдычат, будто вы абсолютно невменяемы. Рад, что хоть что-то в вашем личном деле неправда.
— Еще одно, сэр! — уши мои наливаются предательским жаром. Щеки, наоборот, становятся холодны, как лед.
— Что еще, капитан?
— Если я и рискую жизнью, то вовсе не из желания угодить вам, сэр. С позволения господина адмирала, я и без ваших приказов приложу все усилия, чтобы Мишель... госпожа баронесса осталась живой. Кроме того...
— Ну?
— Шли бы вы в задницу, господин барон, адмирал, сэр! — выпаливаю я, продолжая стоять смирно.
— Что? Да ты... Видимо, вы не представляете, с кем разговариваете, юноша. Нет, ты слышала, с каким сбродом ты связалась? — обращается к Мишель побагровевший адмирал.
— Ну, у вас же мужской разговор, — ехидно улыбается она. И добавляет: — Вот еще что, дедушка: я без Юджина никуда не полечу. Имей это в виду.
— Однако, это уже слишком, милая. Одно дело — намеренное эпатирование публики, и совсем другое... Ты забываешь о чести семьи, Мишель...
— Дедушка, — прерывает его Мишель. — Я помню о чести. Я, баронесса Радецки фон Роденштайн, не брошу человека, несколько раз спасшего меня от смерти. Это вполне в традициях нашей семьи. Или нет?
— Поговорим об этом после, — уклончиво отвечает адмирал, намеренно не глядя на меня. — Тут с тобой желает поговорить твой супруг.
Я тактично отхожу в сторонку.
— Карл? Разве он сегодня не в казино? Ты лишил его кредита? Или все бордели в округе закрыты? А может, ему снова нужны деньги на ремонт яхты? — насмешливо спрашивает Мишель.
— Э-э-э, девочка моя, это дела семьи. Не стоит вмешивать сюда посторонних, — он выделяет это свое “посторонних”.
— Передай этому слизняку, дедушка: пусть катится в задницу, — с каким-то застывшим лицом говорит Мишель.
— Я свяжусь с тобой через несколько часов, дорогая, — скрывая досаду, говорит адмирал. — С руководством силовых структур переговоры уже проводятся. Тебе окажут максимальное содействие. Целую тебя.