Перстень с печаткой (Ильичёв) - страница 27

Черт побери этих женщин! С ними всегда надо быть готовым к любым неожиданностям. Ей, видите ли, захотелось вернуться в дни юности, а мне поэтому придется лезть в пахнущую гниющими водорослями воду, кажущуюся ей божественной купелью.

Виталий Михайлович начал нехотя раздеваться. И тут со стороны озера послышался слабый вскрик, и он увидел, как в отдалении, почти у противоположного берега, над поверхностью словно нарисованного масляной краской озера, мелькнула голова и тут же погрузилась в воду.

Попала в водоворот! ужаснулся Виталий Михайлович. Некоторое время он с надеждой всматривался в колеблемую ветром гладь воды но женщины не было видно. Еле сдержав готовый вырваться наружу крик, Виталий Михайлович поспешно сбросил брюки и рубашку, и, прыгнув в воду, поплыл по световой дорожке прямо к тому месту, где в последний раз промелькнула голова Елены.

Не доплыв до него метра два, он перестал работать руками и, передвигая ногами, начал кружить по воде, опасаясь быть захваченным водоворотом, только что поглотившим Елену.

Он сделал несколько кругов рядом с опасным местом, и вдруг ясно осознал всю бесплодность своей попытки спасти её. Чудес не бывает. Для очистки совести Резин несколько раз нырнул, чтобы поискать её на глубине, но даже не смог достать дна. И что увидишь в этой кромешной водяной мгле? Он поплыл назад к берегу. Некоторое время постоял на влажной от ночной росы траве в глупом ожидании чуда. Нет, никого не видно и не слышно. Озеро надежно укрыло свою добычу и не думало её возвращать.

Все кончено, Елены нет в живых. Надо скорее уезжать отсюда. Не хватало мне ещё обвинения в убийстве. А что? Возьмут и скажут, что я утопил свою любовницу.

Виталий Михайлович начал торопливо одеваться, натягивая брюки прямо на мокрые трусы. Схватив лежащую на берегу одежду Елены, бросил её в машину и, сев за руль, с погашенными фарами поехал обратно в сторону шоссе.

Появляться мне теперь на даче опасно. Буду утверждать, что я здесь не был с прошлой недели. И мое имя с выловленным в озере трупом не смогут увязать.

Километров через двадцать Виталий Михайлович свернул в лес и открыл оставленную Еленой на переднем сиденье сумочку. Кроме косметики, связки ключей и небольшой суммы денег, в ней не было ничего, что могло бы указать на личность её владелицы. Это вполне устраивало Виталия Михайловича. Он вышел из машины и, размахнувшись, забросил подальше сумочку. Затем завернул босоножки в одежду погибшей и закинул сверток за ближайший куст.

Вряд ли кто, найдя эти вещи, узнает, кому они принадлежали. Да и труп, возможно, не всплывет. Так что опасаться мне нечего. Эта мысль несколько его успокоила, и Виталий Михайлович вернулся к машине. Открыв дверцу, он увидел на сиденье водителя пятно от мокрых плавок. Значит, брюки тоже мокрые. Он передернулся, как от озноба, и заставил себя сесть за руль.