– А с какой это стати и ты намылилась? – рявкнула Имоджен. – Если кто и должен его сопровождать, так это я!
– А при чем здесь ты, Свинка?
– Да при том, что я твоя… а вообще-то катись ты знаешь куда! – выпалила она.
– Не беспокойся, Имоджен,– сказала я, улыбаясь возможно более милой улыбкой. – Я всего лишь прослежу за тем, чтобы Николаса сфотографировали в самых выигрышных ракурсах.
Мы с Нельсоном, Леони и Ники пошли между столов к сцене.
Когда Ники вручал Леони миниатюрный деревянный кораблик, выкрашенный в фирменные цвета благотворительной организации, и набор симпатичных органайзеров, должна признаться, я мысленно праздновала первую победу.
Ники не особенно рисовался. По-видимому, хотел, чтобы все поскорее закончилось. Впрочем, я желала того же. Еще месяцев пять подобных упражнений, подумала я, и,глядишь, его кинутся умолять: займи место принца Уильяма!
Тут я почувствовала, что кто-то щиплет меня за задницу. Нельсон ничего подобного себе не позволял. Я взяла и, не поворачивая головы, наступила обидчику на ногу тонким каблучком.
– Ммм,– промычал Ники.
Честное слово, лучше бы он вскрикнул.
На следующее утро, когда я приплелась на кухню, мечтая взбодриться чашкой чая, Нельсон, с виду бодрый и свежий, был уже на ногах. Он готовил завтрак и негромко, однако жизнерадостно напевал себе под нос. Из последнего обстоятельства я заключила, что после подсчета и сортировки лотерейных денег Нельсон спал, как младенец. На его волосы падали лучи недавно взошедшего солнца, и казалось, что у него появился нимб. Место обходительного Дэниела Крейга со вчерашнего торжества занял гораздо лучше мне знакомый святой Нельсон.
– Выглядишь неважно,– заметил он. – Тебе нужно хорошенько позавтракать, тогда и щеки порозовеют. Сейчас приготовлю омлет. Сколько будешь яиц?
– Одно,– ответила я и приложилась к заварочному чайнику. – Вечером в Париже поедем с Джонатаном в один отличный ресторан. Надо, чтобы в желудке было побольше места.
– Ага,– протянул Нельсон, искусно разбивая яйцо одной рукой. – Наверное, мечтаешь скорее там очутиться, чтобы отделаться от последствий вчерашнего «веселья»?
– Что ты имеешь в виду? – спросила я. – Выпила я вчера не много.
– Знаю. Я не о выпивке. А об этом человеке– вирусе, которого ты без устали пасла. Наверняка чувствуешь себя морально опустошенной?
– Надо понимать, вы с Ники так и не нашли общий язык? – с невинным видом поинтересовалась я.
– Его счастье, что я не нашел времени начистить ему физиономию,– проворчал Нельсон. – Ничего. Еще не вечер.
– Нельсон! – запротестовала я, опуская в тостер два хлебных ломтика. – А я-то думала, твое мнение о Ники изменилось. Когда зашла речь о том, что он любит поплавать в море, и обо всем прочем…