– Нет. Теперь уже нет. Когда я была девчонкой, я была такой невинной и такой наивной. Я думала, что окружающий меня мир никогда не изменится, – сказала она, а потом уныло добавила: – Понимаете, я жила в мире грёз, в таком красивом розовом мыльном пузыре.
Гарри понял, что пузырь лопнул.
Нелл печально вздохнула.
– Мне нужно возвращаться. Миссис Бисли решила прилечь – у неё очередная голова, – но она скоро встанет, – Нелл хихикнула. – Она так называет головную боль – «очередная голова», – а я каждый раз, когда слышу это, представляю, как она открывает сундук и выбирает одну из лежащих в нём отрубленных голов, – она шаловливо сверкнула глазами на Гарри. – Глупо, я знаю.
Он покачал головой, не в состоянии придумать, что сказать. Когда она смотрела на него вот так – весело поджав губы, а в глазах плясали искорки, – он мечтал лишь об одном: перемахнуть через стену и зацеловать Нелл до бесчувствия.
Она отвернулась.
– Клинок – такое красивое животное. Можно я его угощу?
– Да, конечно, только будьте осторожны, когда речь заходит о еде, он не всегда ведёт себя по–джентльменски.
Нелл достала из кармана юбки немного потемневший яблочный огрызок. Заметив взгляд Гарри, она пояснила:
– Боюсь, это давняя привычка. Я всегда припрятывала свои яблочные огрызки. Всё забываю, что у меня больше нет лошадей.
Она протянула ладошку и тихонько поманила:
– Клинок, красавчик мой, посмотри, что у меня для тебя есть!
От этих слов Гарри почувствовал, что у него кое–что твердеет. Слава богу, что между ними стена! Клинок в ответ нетерпеливо вытянул голову и жадно обнюхал лакомство. На всякий случай Гарри крепко ухватился за недоуздок, однако конь аккуратно взял огрызок с ладони Нелл.
– Ах, какая клевета! Ты не джентльмен – скажут тоже! Разве у тебя не прекрасные манеры? – сказала Нелл коню, одной рукой поглаживая его нос, а вторую протягивая, чтобы почесать ему за ушами. – Тебя это нравится, да, дорогой?
Гарри терзался желанием сказать, что ему это тоже бы понравилось, однако он понимал, что она тут же улизнёт.
– Эти прекрасные манеры – результат долгого обучения, вопреки его врождённому характеру. С незапамятных времён его породу приучали кусать всех, кроме хозяина.
Нелл подняла на него глаза, нахмурив лоб.
– Его породу? Я слышала только об одной породе, разводимой для войны, – зиндарийские боевые лошади, но они, как полагают, выдумка.
– Эта выдумка только что слопала ваш яблочный огрызок, – заявил Гарри.
Прекрасные глаза молодой женщины широко распахнулись от удивления.
– Вы имеете в виду…
Нелл обернулась, чтобы как следует рассмотреть Клинка.