Мир за рекой. Русская готика (Струкова) - страница 3

- Хорошо сказано! - Одобрили Слэш. - Надеюсь, Света поняла. Пусть ещё в Сети пошарит, там наши сайты, форумы…

- Сначала в России такие как мы слушали тёмный панк, но теперь предпочитаем английские группы. - Добавил Крыс. - А моя любимая группа - финская. - Ой, как мы могли забыть? Лалуна, по-моему, ничего особенного в этой фигне. Да ты же и языка английского не знаешь. - Ничего себе! - Взвизгнула Лалуна. - Зато их солист - такой классный! - Лу, Крыс, ну не грызитесь вы, - урезонила Эми. - Для неё, наверное, главное - мелодия... Света, тебе сколько лет? - Четырнадцать. - А я уже старая, мне восемнадцать. - А мне тринадцать. - Встряла Лу. - Крысу и Власте по семнадцать. Мы живём по-соседству и вместе тусуемся. - Я вообще вечный, как все носферату, и мой дом в Трансильвании, - дружелюбно оскалился Слэш. У матери было много книг по педагогике, оставшихся после тёти-учительницы. По ним Света разоблачила свои страхи: узнала, что её привычка не менять расположение книг на полке (тогда якобы и дома ничего не изменится) - невроз навязчивых состояний, какие книги ей ещё нельзя читать (тут же, разумеется, их нашла и прочла, удивилась наивности авторов), и ещё о том, что юноши разделяют объект желания и объект любви, но это было и про Свету - она не могла понять, как желать того, кого любишь. Да она просто смотрела на то, что скоро с кем-нибудь трахнется, но умирать из-за какого-нибудь сопляка с кучей комплексов, не про неё. Света тайком сразу выбрала Крыса: вот с ним. Кажется, не из болтливых. И симпатичный. Ну, чего ж ещё? Она стала расшифровывать ребят: гнусная, лезущая в душу педагогическая книжка объяснила бы так: хотят обратить на себя внимание оригинальным поведением и обликом, значит им недостаёт родительского внимания, иначе сидели бы дома и жрали пирожки. Ими не занимается школа, иначе торчали бы в консерватории и млели от классической музыки. В конце главы была бы высказана надежда, что перебесятся и вернутся в реальный мир с помощью добрых учителей. Эти книжечки Света в одиннадцать лет прочитала, издания от 1974 года и далее. Про первые чистые чувства и тайные грязные желания, с рекомендациями учителю, как аккуратно влезть в душу ребёнка и подсунуть ему "Дикую собаку Динго или повесть о первой любви". Света детским чтивом не заинтересовалось, для неё само название стало олицетворением слащавого прыщавого дерьма. Мерзость, мерзость. Она читала про бойцов и убийц…


А в это время Эми вытащила из сумочки диски, прищурилась интригующе: - А здесь про гей-готов. - Порно что ли? - Гоготнул Слэш. - Каждому в меру испорченности. Стали перебирать диски: - Старьё... Всё это можно и в сети найти. - Думаешь, много хороших фильмов про мёртвых? Хорошо, когда в картине заложена определённая философия, но в большинстве своём это просто фигня - часа три по экрану зомби гоняют живых, человек тридцать замочат, а потом в них кол загоняют. - Слэш, может быть, люди выдумывают восставших из могил, чтобы дать себе надежду на жизнь после смерти. Согласие существовать любой ценой - даже ходячим трупом. В любом облике. - Сделала страшные глаза Лу. - Стать вампиром, жить вечно, чтобы мимо летели столетия, эпохи, каждый из нас не отказался бы, - Эми мечтательно подняла к небу глаза, похожая на белокурого ангела. - Но помните, в романе Анны Райс вампира охватила безнадёжная скука - он не видел ничего нового. К тому же, все, кого он любил, умерли...