Ее шефу, вероятно, надоела затянувшаяся пауза молчания и тишины. Ворон беспокойно заерзал на своем месте. Впереди что-то заурчало.
— Стаська! Ты бзднул, что — ли? Фу-у! Ну, ты даешь! Трамвая испугался?
Водитель молчал, только еще внимательнее стал наблюдать за дорогой.
— Мне скучно, — подпрыгнул нетерпеливо Вадим. — Виктория Алексеевна! Вы что молчите?
— Ничего.
— Мне с Вами скучно! Никаких развлечений!
— Мне спеть или сплясать? — вопрос прозвучал жестко. Испуганный Стасик появился в зеркале.
— А Вы умеете?
— Да. Но не буду.
— Тогда зачем со мной поехала?
— Мне прямо сейчас выйти?
Снова наступила тишина, нарушаемая звуками проезжающих мимо машин и милицейскими сиренами. Немного огорошенный ее словами, Вадим миролюбиво предложил:
— Хочешь, анекдоты включим?
"Заговорил, прям, как нормальный", — поразилась она переменам и сменила гнев на милость:
— Давайте.
В колонках раздался голос какого-то мужчины. Этот голос, шепелявя, стал рассказывать довольно пахабные анекдоты, часто вставляя отборную матерную брань. "Поездка точно удалась", — мрачно подытожила Вика. Подобные вещи вызывали у нее отвращение. Она и сама иногда могла ввернуть в разговор крепкое словцо, но это случалось редко, резало слух и было неприятно. А тут битых два часа сплошной пошлятины! И ладно бы проглядывался юмор! Все же она терпеливо дождалась, когда машина, миновав кольцевую, выехала в какой-то переулок и остановилась. Надоевший диск выключили.
Вадим вылез из машины, вслед за ним — Вика, последним — Стас. Все радостно потягивались и разминали затекшие ноги, восстанавливая кровообращение. Стасик несколько раз присел.
— Мне с Вами? — уточнила девушка, когда ее шеф, повернувшись спиной, уже было направился к старинному зданию. Тот Лишь пожал плечом:
— Если хочешь!
"Не хватало еще, чтобы я прокатилась до Москвы просто так! — раздраженно подумала она. — Хоть приличия соблюсти и то стоит. Неужели к аудиторам не возьмет?"
Колесникова проследовала за Вадимом и оказалась в трехэтажном кирпичном здании, отделанным бежевым рустом. Внутри все сверкало чистотой и светло-бежевой крупной глянцевой плиткой. Винтовая, из кованого железа лестница вела наверх, туда, где на стенах виднелись в тон подобранные картины с контрастными фигурами. "Мило!" — ввернула любимое словечко Вика. Особенно ей понравились деревянные перила и кованое железо на лестнице; и к тому и к другому она была неравнодушна.
— Тут есть туалет?
— Есть! — немного растерянно произнес Вадим. — Слушай, я тоже туда хочу! Нам направо, проходи вперед!
Она, обогнав его, стала подниматься выше и ощутила руку у себя на бедре.