— Этот гроб. Понятно? Я хочу, чтобы ты похоронил его, где мы договорились. Но не в сосновом ящике. А вот в таком. И я хочу, чтобы играл оркестр. И чтобы был хороший священник, а не какая-нибудь дешевка, которую ты подсовываешь нищебродам.
Артуро надевает очки и рассматривает фотографию гроба «Воздаяние Святой Девы» с шелковой подкладкой — короля всех гробов. Из трех слоев мрамора. Любимая модель наркодилеров и важных политиков. Но чтобы белый мужчина, одетый как подросток, был готов потратить 4500 долларов на гроб — такого Артуро не помнил.
— Отличный выбор. Деньги при вас? — смело спрашивает он.
Андерс молча отсчитывает сотенные купюры. Максим благоразумно молчит, бросая недовольный взгляд на тело. Он уже начинает строить планы по возмещению этих трат.
Когда шторм затихает, он оставляет на память о себе кучу историй.
На Подветренных островах все друг другу пересказывают историю некоего Якоба Шталя, единственного выжившего члена криминальной нью-йоркской семейки, который сбежал. Отца и брата убили, а молодая жена совсем недавно сгорела заживо. Прямо мыльная опера. С момента прибытия на Андрос Максим внимательно смотрел выпуски новостей по телевизору, пока Андерс торчал в церкви и оплакивал пропащую душу Пита. Есть сведения, что несчастный Якоб сел на борт какого-то судна где-то в Бруклине и либо сбежал, либо был похищен. Моложавое лицо его бывшего пленника насмехалось над Максимом со всех каналов на пару с графиками погоды, показывающими удаляющийся циклон. Тот и другой скрылись в неизвестности.
— От меня не скроешься, гадина, — бормочет Максим, прикидывая возможный маршрут Якоба. Он так и знал, что нужно было поддаться желанию немедленно допросить еврейчика самому, а не посылать к нему Вилли. Но он стал слишком сентиментальным. Такова цена любви, говорит он себе.
Он думает о двух своих утерянных сокровищах и чувствует знакомую жадность, согревающую желудок, как дешевый ром. Максим всегда был верен себе и своим желаниям, любой ценой. А сейчас больше всего он хочет найти чертова еврейчика и заставить его замолчать навсегда. И хорошо бы начать поиски с Ангильи, потому что в том направлении дули ветры. Паровые котлы вот-вот дочинят, и «Гдыня» будет готова к отплытию уже сегодня вечером.
— Желаете что-нибудь еще? — спрашивает Артуро, пожимая руку Андерса, как будто они джентльмены викторианской эпохи, заключающие пари. Андерс даже слегка улыбается в тени своего капюшона, по-прежнему держась за журнал и ничего не говоря. — Уверяю вас, — продолжает Артуро, кланяясь, — ваш друг в хороших руках. Я пришлю вам видео с похорон по электронной почте, как только все будет кончено. Со всеми почестями и надлежащей церемонией.