— Мы в старом заброшенном пожарном депо в Гринич-Виллидж. На Западной 3-й улице. В подвале.
— Вам известно, кто эти парни?
— Они не предъявили удостоверений. Ни сегодня, ни в ту первую ночь, когда приезжали в участок, чтобы допросить вас.
— И?..
— Иногда не предъявлять удостоверение — это все равно что предъявить его. Если ты из тех немногих, кто не делает этого никогда. Про них ходят разные слухи.
— Кто они?
— Они работают напрямую на министра обороны.
— Тогда все ясно, — ответил я. — Министр обороны, как правило, самый тупой человек в правительстве.
Ли скосила глаза на камеру и спросила:
— Вы знаете, что им нужно?
— Не все.
— Не надо, не говорите. Просто скажите: это как-то связано с Белым домом?
— Возможно. Когда они за вами пришли?
— Днем. Около двух. Я еще спала.
— С ними были полицейские?
Ли утвердительно кивнула.
— Вы знаете тех патрульных? — спросил я.
Она покачала головой:
— Отряд по борьбе с терроризмом. Крутые парни. Живут по собственным правилам, всегда держатся особняком. Весь день колесят по городу. В основном в спецмашинах, иногда в фальшивых такси. Один спереди, двое сзади. Большими кругами, вверх по Десятой, вниз по Второй.
— Сколько сейчас времени? Где-то шесть ноль шесть?
Она сверилась с часами и взглянула на меня с удивлением.
— Минута в минуту.
Я повернул голову к Джейку:
— А ты?
— Я здесь примерно с полудня.
— Какие-нибудь новости от Питера?
— Ничего.
— Плохо. Эти парни с вами уже говорили?
Оба моих собрата по несчастью отрицательно покачали головами.
— Вам страшно? — спросил я.
Оба кивнули.
— А вам? — поинтересовалась Ли.
— Я хорошо сплю, — усмехнулся я. — Думаю, это транквилизаторы.
В шесть тридцать принесли еду. Плюс по бутылке воды на каждого. Первым делом я опустошил бутылку и наполнил ее из-под крана.
Ровно в семь пришли за Джейкобом Марком. Без наручников. Мы с Ли почти не разговаривали. Я еще и еще раз прокручивал в памяти разговоры. С Джоном Сэнсомом, Лилей Хоц, агентами из соседней комнаты. Отмечая недомолвки, странные комментарии, полунамеки не к месту. Я не знал, что они означают. Но знать, что они есть, уже было важно само по себе.
В семь тридцать привели Джейка и забрали Терезу Ли. Без наручников. Джейк сел на кровать, спиной к камере наблюдения. Я смотрел на него. Вопросительно. Он закатил глаза. А затем положил руки на колени, вне поля зрения камеры, изобразив пистолет большим и указательным пальцем правой руки. Едва заметно похлопав себя по бедру, взглядом показал на мое. Я кивнул. Пистолет-транквилизатор. Джейк положил два пальца между коленями, а третий вытянул вперед и чуть влево. Я снова кивнул. Двое за столом, третий, с транквилизатором, слева. И начеку. Я помассировал виски и, не опуская рук, произнес одними губами: «Где наша обувь?» «Не знаю», — так же ответил Джейк. После чего мы сидели молча.