— Ну да, как же! А то я ее не знаю! Наверняка угрожала. Она по-другому не умеет. Вот ведь дрянь!
— Не надо так о матери.
— Как хочу, так и говорю! — огрызнулась Моргана. — Ты-то ее, кстати, чего защищаешь? Она в разговорах о тебе не слишком церемонилась!
— Уж не думаешь ли ты, что и я буду действовать так же?
— Не думаю. Но вот она, если что, убьет тебя и не поморщится!
— Ну, это мы еще посмотрим!
— Ты, конечно, силен, спору нет, — начала рассуждать Моргана. — Так что на бой с открытым забралом она вряд ли решится. Да и не ее это метод. Но вот по части подлых приемчиков она кому угодно фору даст! Ты же в этом, к сожалению, ни бум-бум! А мне очень не хочется тебя хоронить.
— И что ты предлагаешь?
— Из-за меня эти неприятности начались, мне их и разруливать. В общем, сама разберусь.
— Притормози, Моргана! Ты вот горячишься, а тут спокойно подумать надо.
— Некогда думать!
— Как раз есть, — возразил я. — На уговоры мне дан целый месяц, а прошло всего десять дней. Давай вместе покумекаем. Одна голова хорошо, а две…
— …мутация, — сострила Моргана. — Нет, папа, этой войны лучше избежать. У нас с тобой и так врагов хватает.
— Но я не хочу, чтобы ты пострадала!
— Не пострадаю. Я матери здоровая нужна.
— Ну а если она тебя запрет…
— Выкручусь как-нибудь, — отмахнулась Моргана.
— Постой… — начал было я.
— Не скучай, папа! Какое-то время меня не будет.
И прежде чем мне удалось вставить еще хоть слово, моя взбалмошная дочурка дематериализовалась.
Екатеринбург, 29 января 2009 г.
Михаил с женой и сыном только что вернулся из турпоездки. Катя отвезла Антона в детсад и уехала на работу, оставив супруга дома. Типа на хозяйстве. Михаилу, впрочем, было чем заняться, помимо работы по дому. На e-mail пришло несколько заявок от потенциальных клиентов. Всем следовало ответить. Но для начала он решил сходить в магазин за продуктами. И вот на обратном пути он заметил у подъезда троих встречающих.
В том, что ждали именно его, Михаил не усомнился ни на минуту: трое сидящих на скамейке мужчин при виде его едва заметно подобрались, хотя и сохранили нарочито скучающий вид. Вот только заметил их Михаил слишком поздно, чтобы у него осталась свобода маневра. Хотя маневр этот ему вряд ли сильно помог бы.
Один из троих, тот, что явно отличался более солидным возрастом и меньшими габаритами, поднялся ему навстречу:
— Господин Тихонов? ФСБ. — Он показал корочки. — Нам необходимо поговорить.
«Достукались! — решил Михаил. — Только почему ФСБ? Не слишком ли круто? И почему, черт возьми, у меня ощущение, что все это со мной уже происходило?!»