— Нет, они целый день сегодня ковырялись с багажом.
— Возможно, эта флешка с кем-то из них едет в Питер. Мы установим слежку. Возможно, кто-то из них должен передать флешку по назначению. Нам нужен этот человек, его тоже нужно будет убрать. Вообще — всех, кто что-либо знает...
— Понял.
— Приглядись еще раз к своим овцам. Одна из них держит тебя за лоха. Не мне тебя учить, как это делать, —разозлился абонент.
— Может убрать их по пути из «Пулково»? – предложил Игорь.
— Везет мне на идиотов. Если кто-то везет флешку в Питер, значит, кто-то ждет ее. И он нам нужен. Иначе где смысл? Одна из них знает, что на этом можно заработать.
— Если бы ты...
— Одна из них точно поумнее тебя. Я еще подумаю, не заменить ли этой овцой тебя. Мозгами тебя точно Бог обошел. Пока.
В трубке послышались гудки.
«Суки! Но кто из них? Янка не могла знать этого индюка раньше. Не могли же они договориться уже здесь, за моей спиной. Это — нереально. А его жена? Такую дуру еще нужно поискать. Если эта овца держит меня за лоха,я с ней...»
Он не мог так быстро придумать, что он сделает с ней. Только представить себе, что Лиза обвела его вокруг пальца! Одна мысль о этом была ему невыносима. Игорь зло сплюнул и пошел к киоску. Купив все необходимое, он вернулся к ним очень злой. Раздал всем бутылки с пепси и стал наблюдать.
Лиза пила пепси, курила и жаловалась на свою загубленную жизнь. Яна пила молча, не слушая, и была мыслями далеко.
«Наверняка это — Янка. Но она не могла знать его до поездки. Значит, они успели сойтись здесь. Как я лоханулся... Но кто бы мог подумать? Вот и верь после этого бабам... Нужно внимательней следить за ней», — решил он.
Андрей Макарович Верещагин родился и вырос в обычной, среднестатической семье. Отец работал инженером, а мать — преподавателем истории. Жили они в двухкомнатной хрущевке в спальном районе, и Андрей ходил в обыкновенную среднеобразовательную школу. Как все, был пионером, потом комсомольцем. Как все, носил темно-синий школьный костюм и ботинки фабрики «Большевичка», а зимой — тяжелое, темно-коричневое пальто с цигейковым воротником.
Но как он ненавидел все это: свою одежду, кримпленовые платья матери, отцовский «Запорожец», их хрущевку, мебель из ДСП, убогие праздники, пионерские лагеря. Всю эту безликую среднестатическую жизнь. Для себя он хотел другой жизни, такой, как в западном кино: с шикарными женщинами, красивыми домами, элегантными машинами, белоснежными яхтами, роскошными курортами. И он поставил себе задачу еще в детстве — достичь всего этого, чего бы то не стоило!