Макиавелли повернулся к Ди.
— Кажется, это тот американский мальчик?
Ди кивнул.
— Ты видел, что он нес? Похоже на меч, — медленно проговорил Макиавелли. — Каменный меч? Но ведь это не Экскалибур?
— Нет, — коротко ответил Ди.
— Но у этого меча определенно каменный клинок.
— Это не Экскалибур.
— Откуда ты знаешь? — спросил Макиавелли.
Ди полез под пальто и достал короткий каменный меч, точно такой же, какой нес Джош. Клинок дрожал, почти незаметно вибрируя.
— Потому что Экскалибур у меня, — ответил Ди. — А у мальчишки его точная копия, Кларент. Мы всегда подозревали, что он у Фламеля.
Макиавелли закрыл глаза и поднял лицо к небу.
— Кларент. Неудивительно, что Нидхёгг сбежал из дома!
Он покачал головой: да разве может случиться что-нибудь хуже этого?
Телефон Ди снова завибрировал, и оба подпрыгнули. Волшебник чуть не разломал аппарат на части.
— Что? — рявкнул он в трубку.
Примерно минуту он слушал, потом очень аккуратно закрыл телефон и сказал еле слышно:
— Перенель сбежала. Она свободна и блуждает по Алькатрасу.
Качая головой, Макиавелли развернулся и пошел по переулку к Елисейским Полям. Он получил ответ на свой вопрос. Случилось кое-что еще хуже, совсем скверное. Если Николя Фламель просто пугал Макиавелли, то Перенель приводила его в ужас.
— Я тебе не деточка! — разозлилась Софи Ньюман. — И я знаю не только огненную магию, дизира…
Имя всплыло у нее в памяти, и вдруг Софи узнала все, что знала об этих существах Аэндорская ведьма и за что она их презирала.
— Я знаю, кто вы! — крикнула девочка, и в ее глазах зажегся серебряный огонь. — Вы валькирии!
Даже среди старейшин дизиры не были до конца своими. Они никогда не жили на Дану-Талис и держались холодных северных земель на полюсе мира, в краю колючих ветров и дождя со снегом.
В смутные времена после падения Дану-Талис мир повернулся на своей оси и большую часть планеты охватили великие морозы. С севера и юга плыли льдины, сгоняя людей в пределы тонкого и все еще зеленого пояса вокруг экватора. Исчезали целые цивилизации, разрушенные изменившимся климатом, эпидемиями и голодом. Поднимались уровни морей, затопляя прибрежные города, изменяя ландшафты, а внутри континентов обледенение стирало с лица земли города и деревни.
Дизиры вскоре поняли, что способность к выживанию в суровом северном климате дает им особое преимущество перед другими расами и цивилизациями, которые не могли справиться со смертоносной бесконечной зимой. Армии диких женщин-воинов быстро захватили большую часть севера, порабощая города, избежавшие обледенения. Дизиры беспощадно уничтожали любого, кто пытался им противостоять, и за это они получили свое второе имя — валькирии, то есть «выбирающие убитых».