Тэра рассмеялась.
— Ладно, Сол, можешь не напоминать, что все простые смертные у тебя в кулаке. — Она скорчила гримасу. — Все равно я очень рада, что ты так быстро с ним разделался. Ты мне страшно нужен.
— Правда?
— Даже больше, чем обычно.
— Вот как? — Он внимательно посмотрел на жену. — Речь, конечно, об Алессандре?
— Да. Я беспокоюсь.
— Думаешь, я этого не заметил?
— Разумеется, заметил, но иногда ты предпочитаешь не обращать не меня внимания, особенно когда я веду себя как наседка.
— Гм… Ладно. Так что нового на испанском фронте?
— Самое новое, что она больше ничего не хочет рассказывать.
— По-твоему, это случилось впервые?
— Да нет. Но все-таки раньше она замыкалась в себе, будучи здесь, а не за тридевять земель. Ты понимаешь меня?
В его улыбке она отметила оттенок недовольства.
— Она в Испании, в респектабельной старинной семье. Здорова и, очевидно, счастлива. Почему мы должны волноваться?
— Ах, Сол! — вздохнула Тэра.
— Ну хорошо. Я постараюсь отнестись к твоей тревоге серьезно. Давай беспристрастно проанализируем ситуацию.
Тэра сухо усмехнулась. Разве можно быть беспристрастным, когда речь идет о собственном ребенке?
— Доберемся до причин твоей тревоги, — сказал Сол. — Во-первых, ты считаешь, что Алессандра слишком молода.
— Конечно.
— Между тем она уже совершеннолетняя и имеет право принимать решения.
— Разумеется. Но ради Бога, Сол, у нее так мало жизненного опыта! Она не представляет, как опасна реальная жизнь. Что она знает о человеке, у которого живет? Что знаем о нем мы?
— Ты имеешь в виду, что его намерения могут быть не слишком благородными? — В холодных серых глазах Сола блеснули насмешливые сапфировые блики. — Идем дальше, Тэра. Алессандра способна справиться с любыми нежелательными предложениями.
— Да, но если они окажутся желательными?
Повисло молчание. Тэра решила, что все же пробила броню мужа. В конце концов, Сол — человек из плоти и крови, муж, отец.
— Значит, по-твоему, мы должны беспокоиться из-за предстоящего знакомства Алессандры с сексуальной стороной жизни?
— Знакомство с сексом! — Тэра едва не закричала. — Сол, мы говорим о важнейшем моменте в жизни нашей дочери! Как ты можешь быть таким хладнокровным, словно препарируешь лягушку?
— Отнюдь. Я просто анализирую. Рассуждаю логически. — Тэра гневно фыркнула. — Нет, ты не так меня поняла. Подумай, Тэра! Подумай еще раз. Ведь совсем недавно ты переживала, что у Алессандры нет приятеля, что всю свою страсть она отдает лошадям. Разве не так? Станешь отрицать?
— Нет.
— Было время, когда ты нервничала, — продолжал он мягко, но настойчиво, — потому что боялась, что Алессандра «розовая».