— Видимо, так… Что ж, не буду тебя задерживать.
— Еще увидимся! — Отозвался Максвелл и пошел в направлении Рональда и Элвиры Бичем.
А Роберт, посмотрев в след его удаляющейся спине, подумал: "Кажется, скоро что-то случится. Грядут большие перемены".
Дэн и Джессика на самом деле находились совсем не в тех местах, в каких предполагали все близкие и друзья. Они были вместе. Вернувшись из пляжного домика, они чувствовали себя такими счастливыми, что были не способны скрывать свою взаимную любовь. Их чувства были похожи на красивую сказку. Счастье полностью завладело ими, и они, точно опьяненные, не замечали ничего вокруг. Их души, их чувства, их мысли, их сердца требовали полного и постоянного присутствия их друг возле друга. А потому Дэн действительно попросил у мистера О'Нилла недельный отпуск, сославшись на сложную и длительную помощь отцу в подготовке к празднованию юбилея компании. Клайв О'Нилл милостиво позволил Дэну отдохнуть, заменив его другим летчиком. И Дэн упивался своим отдыхом и тем счастьем, которое его породило. Ему казалось, что в мире уже ничто не имеет значения, кроме любви и сияющих глаз Джессики. Небо уже тяготило его, как тяготит ненужное, но необходимое обязательство. Зато работа в компании манила, как запретный плод, ведь благодаря ей он чаще мог видеть Джессику, чем это было бы возможно при других обстоятельствах. Дэна все чаще стали посещать мысли о перемене своего когда-то раз и навсегда принятого решения. Раньше он говорил всем и каждому, кто воспринимал его как наследника одного из богатейших состояний штата и будущего главу компании, что не намерен вести дела компании ни сейчас, ни когда-либо впредь. Но Джессика заставила его поменять свои взгляды.
Время шло; неделя пролетела так быстро, что они очень удивились, когда обнаружили, что пора проводить праздник. Несмотря на то, что они оба полностью были во власти своей любви, работа спорилась в их руках, тем более что работали они ежедневно вместе, доставляя удовольствие своим родителям. И даже когда до начала торжества оставались считанные минуты, а все гости уже собрались в зале, они старались потратить эти мгновения с пользой для себя, а не на пустые документы и девушек — моделей, которые великолепно знали свою работу.
Эта маленькая комнатка была замечательным уютным мирком для двоих, о существовании которого практически никто не знал. Джессика приехала сюда сегодня первой, и пока ждала Дэна, успела многое передумать о той ситуации, в которой они оказались, поддавшись своим чувствам. Стоя перед зеркалом и поправляя аккуратно и безупречно уложенную прическу, стряхивая с великолепного вечернего платья несуществующие пылинки, Джес мечтательно улыбалась в предвкушении встречи с Дэном. Она была от души довольна тем, что на приеме не будет ни Максвелла, ни Клер, и можно будет сколько угодно смотреть на Дэна, не скрывая своих истинных чувств, слушать его милые, нежные слова, которые он, несомненно, будет шептать ей на ухо в любой удобный момент, и тонуть в его пронзительно голубых глазах. Она так сильно любила его, что, казалось, будто она может почувствовать его всем своим существом, где бы он ни был. А он был рядом — поднимался по лестнице в эту самую комнату так стремительно, точно у него выросли за спиной крылья. И он тоже с точностью до мысли осознавал, что чувствует присутствие Джессики внутри себя. Дверь в комнату была закрыта, и мужчина трижды постучал, как было договорено. Тихий голос Джессики осторожно спросил: