Позже, тем же днём, Завадский чуть ли не в приказном порядке погнал его с собой на частично заболоченное поле перед базой, дабы тот полюбовался на чудные дела аномальных территорий несколько по-иному, нежели через окуляр микроскопа, а также на результат работы серьёзных дядь из Группы Сопровождения. Макс заявил, что до окончания вылазки Грозу не отдаст, полковник Никонов, он же комендант, почему-то возражать не стал, но заявил, что профессора одного в поле не пустит, поскольку пусть стажёр (Лаборант — уточнил Макс. — Без разницы — отмахнулся полковник.) характером смел, да и оружие у него теперь загляденье, только вот сопроводитель из того стажёра (Лаборанта — снова уточнил Макс. — Абсолютно непринципиально — снова отмахнулся полковник.) никудышный, мягко говоря.
— Чем же таким они по бункеру шарахнули? — Макс не мог сдержать любопытства.
— Вот это мы и идём выяснять, студент. Главное, что никого из наших не зацепило. Серьёзно не зацепило, само собой, — Никонов достал сигарету и закурил. — Куришь?
— После такого и некурящий закурит. — Макс не стал отказываться от предложения, тем более, что нервы и правда пошаливали.
— Вообще-то странно это всё, — Завадский подошёл к лежащему телу, — бааа, Макс, ну-ка посмотри, не узнаёшь?
— Это ж Димка Смирнов из второй исследовательской… погодите, Пал Валентиныч, они ж всей группой пропали месяца два назад.
— Вот то-то и оно. А какое у них оружие было, ты помнишь? Вот тебе и ответ, почему вояки наши даже нас в защитники гражданских свобод, а в частности того пункта, где говорится о праве на жизнь записали. Компы-то у покойничков наших целы, а теперь представь, какое было лицо у дежурного, когда на радаре появились десять точек с пометками, что «обладатель сего устройства склеил ласты…». Однако это совершенно не даёт ответа на вопрос, чем же они нам так ободрали бункер. Нет у исследовательских групп такого оружия, да и у охранителей нет. Не таскают они с собой зенитки, поскольку те в карманах не умещаются почему-то. Может что-то такое есть у военсталов, но смущает меня пара моментов, а именно отсутствие осколков, ведь вмятина такая, как если бы нашей избушке пришло солидным снарядом. Только вот бум от этого попадания был, по правде сказать, так себе. Несолидный такой бум. Не по вмятине… Макс поморщился — свист в ушах прошёл ещё не до конца.
Рядом, в зарослях какого-то болотного кустарника, раздался нарастающий гул. Реакция Никонова была молниеносной: его Вал выстрелил всего один раз, в кустах что-то упало на землю, а сам он нырнул в них ласточкой, подобно пловцу в бассейн. Тут же оттуда донеслись звуки борьбы, практически сразу стихшие, затем из кустов вылетел пистолет, а спустя полминуты оттуда появился и сам Никонов, волочащий связанного «мертвяка» одной рукой, а другой рукой несущий странный длинный предмет, вид имеющий как у снайперской винтовки с навешенным на ствол угловатым кожухом.