— Пожалуйста, — молил он, — прости меня.
И ее губы, ее руки, коснувшиеся его плеч, подсказали ему, что он прощен. По ее невольной ответной ласке он понял: прошлого нет. Есть только настоящее.
Норман отстранился от Виктории и, опершись на локоть, внимательно разглядывал каждую линию ее тела. Она лежала обнаженной перед Норманом, и ее сердце готово было выпрыгнуть из груди. Виктория подняла руку и коснулась уголков его губ. Норман легко поймал ртом ее дрожащие пальцы и, нежно удерживая зубами, стал ласкать языком их чувствительные кончики.
— Я люблю тебя, Виктория, — повторил он, заключая ее в объятия. Его неподдельная искренность пронзила Викторию до слез.
— О, Норман, — прошептала она не в силах сдержать свои чувства.
Он стиснул ее пальцы.
— Мне кажется, что все это происходит с нами впервые, — невнятно молвил Норман.
— Да, так оно и есть. — Викторию ошеломила неожиданная правда, едва не вызвавшая новый приступ отчаяния.
— Это будут лучшие минуты нашей жизни, — прошептал Норман и ласковыми губами охватил сосок.
— Да, — подтвердила Виктория, погружая пальцы в его густые волосы.
— Ты о них никогда не забудешь. — Он на мгновение замолчал, склонившись к другой груди. — Я хочу, чтобы так было.
Приподняв голову, Норман медленно, затаив дыхание, изучал все изгибы ее тела. Его рука скользнула от изящной шеи Виктории к стройному колену и вернулась обратно. Он притрагивался к ней, как художник к своему творению, любовно, проникновенно, трепетно. Его пальцы поглаживали кожу, заставляя золотоволосую красавицу разомкнуть ноги. В каждое движение Норманн вкладывал все свое чувство к Виктории. Когда она начала извиваться под ним, губы мужчины повторили путь, уже знакомый его рукам, — нежно покусывая и посасывая ее тело, он рассыпал легкие поцелуи от груди до бедер.
На мгновение Виктории показалось, что она, растворившись в его ласках, потеряла сознание. Едва не в беспамятстве Виктория прижалась к Норману и попыталась нащупать молнию на его брюках. Но он отстранился и, спустившись с кровати, стал перед ней на колени. Привлек к себе обнаженное тело и, пожирая его вожделенным взглядом, попытался шире раздвинуть трепещущие ноги.
— Норман?.. — вопросительно прошептала Виктория, стараясь рукой остановить его.
Но он ловко увернулся и, прикусив зубами ее нижнюю губу, прошептал:
— Ш-ш-ш. — А потом скользнул рукой в ее влажное лоно. Он на мгновение замер, затем, склонив голову, поцеловал ее в бедро, а его пальцы продолжали нежную ласку.
Повторяя слова любви, увлекая Викторию в мир наслаждений, Норман искал и находил на ее теле такие сокровенные места, прикосновение к которым заставляло стонать от удовольствия и с трепетом ожидать близости.