Она почти силой усадила его на матрас. «Пора бы уже этому случиться», — пробормотала Кэм про себя.
— Ты что-то сказала?
Она вздохнула и устроилась рядом с ним.
— Да. Я спросила, как тебе нравится наша комната с видом на природу.
Теперь тяжко вздохнул он. Кэм придвинулась поближе и почувствовала, как напряглось его тело. Чтобы помочь ему вести себя естественно, она вновь завела речь о холоде:
— Бррр, однако же становится все прохладнее…
— А мне совсем тепло, — ровно, без эмоций произнес он. Когда желанное мгновение уже становилось реальностью, он почувствовал себя круглым идиотом, с не подчиняющимся ему, как будто деревянным телом.
— Надо же, а я совсем замерзла. — Она положила голову ему на грудь, и ее рука пробежала по его свитеру. — Но раз тебе не холодно… Надеюсь, ты не будешь против, если мы опробуем один способ, которому я научилась в фильме про Джеймса Бонда?
— Что для этого надо сделать?
— Снять свитер. Он такой толстый и колючий, что к тебе невозможно прислониться.
Тор послушно скинул свитер и, не успев опомниться, почувствовал прикосновение ее обнаженной груди к своей.
— Способ следующий: надо согревать друг друга теплом тела. Вот так гораздо лучше.
В проникавшем в палатку свете полной луны его лицо было неплохо видно. И оно все еще казалось угрюмым. Что за упрямый человек! Ее длинные ноги обвились вокруг его ног, и пальцы поглаживали его ступню.
— Не знаю, как тебе, а мне все теплее и теплее, с каждой минутой! — Нежные пальчики дразняще пробежались по его груди, стали выводить узоры на его плоском животе, подбираясь все ближе и ближе к ремню на джинсах.
Дыхание Тора участилось, и его рука остановила Кэм.
— Давай лучше спать.
— И я о том же, мистер Дэвлин!
Тут она услышала наконец его смех.
— Я, должно быть, действительно люблю тебя, Тор, если мирюсь с таким ужасным поведением. — Кэм погладила его усы.
— Прости меня. — Тор прижал ее к себе. — Вероятно, я потерял больше, чем гордость, по дороге сюда.
— А почему ты потерял гордость?.. Не надо так поджимать губы. — Кончики ее пальцев разгладили его губы, вытянув их в улыбку. — Кроме того, ты ничего не потерял. Разве что хорошее настроение.
Тор сжал ее руку.
— Ты смеешься, а мне тошно. Даже твоя бабушка справилась бы с таким легким подъемом лучше, чем я.
— Ну-у, бабушка не занималась скалолазанием по ночам! А если бы занялась, то первый опыт и для нее тоже был бы очень тяжким. Да и вообще, чем ты расстроен? Ведь забирался ты сюда не ради рекорда?
— Честно говоря, я очень разозлился: никто из твоих коллег и друзей не побеспокоился, что ты остаешься здесь одна на всю ночь.