- У тебя всего пять секунд, чтобы убраться отсюда, - произнес Блейк низким, вселяющим ужас голосом. - Вон! Быстро! Иначе я не отвечаю за себя.
Барбара в панике перевела взгляд с одного на другого и, зарыдав, выскочила из комнаты. Они услышали звуки ее быстрых шагов по мраморной лестнице, потом грохот с силой захлопнутой двери.
- Юлиана, - глухо проговорил Блейк и притянул жену к себе.
Она дрожала и никак не могла сконцентрироваться. Голова шла кругом. Мама была любовницей его отца! И возможно, это повлияло на решение его матери покончить жизнь самоубийством. Боже… как ужасно…
- Я… я не знала, - зарыдала она. - Я ничего не знала…
- Успокойся, родная. Не надо. Все это в давнем прошлом, к сегодняшнему не имеет никакого отношения. Так что не стоит так переживать.
Юлиана вырвалась; слезы рекой бежали по ее щекам.
- Не переживать? Боже, как ты можешь так говорить? Моя мать виновница смерти твоей матери!
- Нет… - Блейк покачал головой. - Она даже не подозревала об их связи. Клянусь. Они все здорово скрывали. А я узнал совершенно случайно, когда однажды приехал из университета, не предупредив заранее, и столкнулся с отцом, спускавшимся по лестнице из вашей квартиры. Он был по пояс голый. Ты же понимаешь, не сложно догадаться… В принципе, я знал, что отец погуливал от матери.
Юлиана посмотрела на него глазами, полными слез.
- Это было в ту ночь, когда у меня был выпускной бал, да?
Блейк тяжело вздохнул и потупился.
- Да.
- О боже… - Она прижала руки к груди. - Представляю, какое у тебя было к нему отвращение. Да и к моей матери!
- Нет, я всегда прекрасно относился к Лили. Но она была одинока и беззащитна. А он - обворожительным, самоуверенным красавцем. И она не смогла устоять перед ним. А что до моего отца… за что мне его презирать? Я понимал его. Мне уже задолго до этого случая было известно о его слабости к добрым, красивым и не слишком требовательным женщинам… таким, как твоя мать. Конечно, в тот момент я был сильно обескуражен. Каждый ребенок считает своего родителя безупречным. И если что случается, детский суд по-своему беспощаден. Но с годами до меня дошло, что моя матушка со своей ревностью и чувством собственничества, постоянными упреками и истериками сама толкнула его на это. От таких женщин, как моя мать, хочется бежать без оглядки. В отношениях с мужчинами они своими руками убивают все хорошее и доброе, сами того не ведая. Их любовь становится наказанием Господним.
- Вот почему ты ни в кого не влюблялся, - сказала Юлиана и отвела взгляд. - И не хочешь, чтобы тебя любили.