— Ты что, на кладбище собралась? — воскликнул Джордж и тут же попытался обратить все в шутку: — Или в монастырь хочешь уйти? Имей в виду: я тебя не отпущу!
— Молчи и иди за мной. Шампанское не забудь!
Синтия не без труда выбралась из машины и побежала через дорогу.
Джорджу ничего не оставалось, как попросить водителя подождать. Прихватив с собой бутылку шампанского, он последовал за девушкой.
Подойдя к каменной сторожке, в которой горел свет, Синтия принялась стучать в окно.
— Что ты делаешь? — Подоспевший Джордж попытался ее оттащить. — Сейчас сторож вызовет полицию и нас арестуют! Что с тобой происходит?
— Не бойся, ничего не будет… Эй, вы там, крысы кладбищенские, отоприте!
— Но зачем тебя несет на кладбище?
— Я хочу тебе кое-что показать. Да открывайте же, идиоты несчастные!
Из сторожки появился человек в черной «аляске», с надвинутым на лицо капюшоном, делающим его похожим на духа преисподней. Он медленно подошел к металлическим воротам с другой стороны.
— Что вам угодно? — Судя по дребезжащему голосу, это был старик лет семидесяти.
— Пустите нас, — попросила Синтия.
— С ума сошли? Убирайтесь отсюда, юная леди, пока я не вызвал полицию!
— Ну, что я тебе говорил, — пробормотал Джордж. — Давай лучше вернемся в машину.
— Никуда я не пойду, — заупрямилась Синтия и снова обратилась к сторожу: — Послушайте, мистер, вы, я вижу, человек почтенный, поэтому должны меня понять… Неужели я, бедная и несчастная молодая вдова, не могу пролить слезу на могилке моего безвременно почившего мужа?
Джордж фыркнул и полез за сигаретами.
— Днем приходите, мисс, — более миролюбиво произнес сторож, рассмотрев и роскошную шубу Синтии, и стоящее неподалеку такси, — а сейчас не время.
— А я хочу прямо сейчас! — капризно заявила девушка и полезла в карман шубы. — Вот, возьмите и отворяйте скорее.
При свете уличного фонаря Джордж увидел, что Синтия сквозь решетку ограды сует сторожу двадцатидолларовую купюру. После этого тот явно заколебался и даже каким-то извиняющимся тоном пробормотал:
— Ну, что это, зачем это… Почему бы вам, дорогая леди, днем не прийти?
— Не бойтесь, — успокоила его Синтия, — мы ненадолго. Только навестим могилку и тут же обратно. — Но затем, не выдержав просительного тона, звонко закричала: — Да отворяй же наконец, старый хрыч, или тебе двадцати баксов мало? Так и быть, возьми еще, только открой!
Вторая купюра окончательно развеяла все сомнения почтенного хранителя вечности.
— Сейчас я вам дверь отворю, — сказал сторож. — Через сторожку пройдете, чтобы воротами не громыхать.
Действительно, скрывшись в сторожке, он через пару минут распахнул дверь.