— Сам ты шарлатан! Потапов — гений!
Нанасу стало совсем интересно. Но задавать вопросы он пока еще стеснялся; и так многие принимают его за дикаря, а так ляпнет чего-нибудь не то, тогда совсем засмеют.
Но когда шумная «политинформация» наконец закончилась и охранники разошлись по комнатам, он дождался, пока Смурнов закрыл дверь в помещение, и спросил:
— А кто такой Потапов? Что он такого придумал, что могло бы всех спасти?
Александр Михайлович исподлобья глянул на юношу и засопел. Потом выдавил с явной неохотой:
— Витька Потапов — золотая голова! И руки золотые. Да, сделай он тогда свою хреновину — охрана периметра станции была бы нахрен никому не нужна! И город бы сейчас защищало вдвое больше людей. Вдвое! Понимаешь?..
— Понимаю… — пробормотал Нанас и тут же поправился: — То есть, нет, не понимаю легохонько… Почему была бы не нужна? Что он такое придумал?..
— А тебе зачем?.. — насупился еще больше одноногий комендант. — Ты не шпион этих варваров, часом?..
Нанасу стало неуютно. Было непонятно, шутит Смурнов или нет. И эта его деревянная нога… У парня заныла вдруг голова — там, где по ней приложили недавно чем-то тяжелым. Возможно, как раз таким вот, как эта самая деревяшка!.. Саам непроизвольно сглотнул и жалобно проблеял:
— Не-ет… Не шпион я…
— Ну и иди тогда спать! Ночь на дворе! — буркнул и захромал к себе комендант.
Нанас тоже пошел в свою комнату, чувствуя, как настроение снова все глубже и глубже проваливается в черную яму. Впрочем, уснул он сразу — дала о себе знать усталость.
Но и тут юноше не повезло. Еще сквозь сон он услышал треск Костиной рации и невнятный бубнеж соседа по комнате. А вскоре Парсыкин затряс его за плечо:
— Колька! Одевайся, поехали!
— Куда?.. — отчаянно зевая, принялся тереть глаза Нанас.
— Там увидишь.
Глава 17
ВСТРЕЧА В ЗАБРОШЕННОМ ДОМЕ
Всю дорогу Парсыкин непривычно молчал. Он вообще в последние дни стал каким-то не таким, словно его подменили. Впрочем, у Нанаса хватало и других забот, чтобы обращать на поведение товарища внимание, да и виделись они в последнее время не столь уж часто. А вот сейчас поведение Кости бросилось Нанасу в глаза. И хоть ему было весьма любопытно, куда везет его среди ночи Парсыкин, спросил он о другом:
— Что случилось, Костя? У тебя неприятности?
— С чего ты взял? — буркнул водитель. — Просто устал, не выспался… А неприятность сейчас у всех одна.
— Да я понимаю. Но ты какой-то… не такой. Не разговариваешь совсем…
— Вам не угодить, — проворчал Костя, не отрывая взгляда от дороги, — то слишком много болтаю, то не разговариваю…