– Здравствуйте, госпожа Сарто, – лениво промямлил Вахри, не вставая с древнего резного стула, который, единственный из всей мебели, был целым, и сделал приглашающий жест в сторону самодельной лавки, сбитой из старых досок.
Пьетра с сомнением посмотрела на лавку. Садиться на эту рухлядь не хотелось, хотя ее одежда и так порядком испачкалась. Не хотелось, но из чувства гордости девушка все же села. Еще не хватало ей с ее положением и толикой аристократической крови стоять перед развалившимся самодовольным негром. Не дождетесь!
– Я понимаю все ваше недоумение и возмущение, госпожа Сарто, – продолжил сомалиец, снисходительно разглядывая журналистку. – Но поверьте, что у меня не было иного выхода.
– Другой выход есть всегда, – отрезала Пьетра. – Закон психологии.
– Возможно, – с ухмылкой ответил сомалиец. – Но мы люди необразованные. Живем в нашей стране так, как нам удобнее и как нам нравится. Мне показалось, что этот выход наиболее подходящий. Зачем все так усложнять? Вы в моих руках, и я могу сделать с вами все, что захочу. Никто и никогда не узнает, что с вами случилось и куда вы пропали. Вас просто не найдут. Никогда!
– Что-то вы много говорите, – вскинула брови Пьетра. – Такое ощущение, что вы сами боитесь последствий того, что сделали.
– А кого мне бояться? – не очень искренне удивился Вахри. – Я тут хозяин, а надо мной только Аллах.
– Ладно, иерархию я поняла, дальше что?
– А дальше вы, госпожа Сарто, будете делать то, что я вам скажу. Ослушаетесь – умрете. Выполните – я вас отпущу. Чуть попозже.
– Как интересно! Вам танец живота станцевать? – язвительно спросила Пьетра. – Или у вас другие намерения? Зачем вы меня похитили? Выкуп надеетесь получить?
Журналистка старательно разыгрывала возмущение, хотя внутри ее основательно потрясывало от страха. Поймет, что я боюсь, тогда веревки начнет из меня вить, понимала Пьетра. Буду держаться уверенно и независимо, и он будет вести себя осторожнее. Он ведь совсем не уверен в своей безнаказанности. И где этот европеец с рыжими усами? Он ведь зачем-то сюда приехал. Не на пикник же.
– Выкуп? – снисходительно спросил сомалиец. – Можно назвать это и выкупом. Да, своего рода выкуп. Один человек, узнав, что вы у меня в руках, сделает то, что я хочу. Сделает, и я вас отпущу. А если не сделает, то я вас убью.
– И кто же этот человек? – поинтересовалась Пьетра, хотя прекрасно понимала, что в виду имеется Шариф. – Мой отец?
– Не сомневаюсь, что господин Сарто сделает все, чтобы спасти свою дочь, но сейчас речь не о нем.
– Господи! – Пьетра изобразила крайнее удивление. – Уж не Луиджи ли? А вы, случаем, не перепутали меня с его женой, Анной Паголетти? Или вы думаете, что из-за подруги жены он поделится с вами своими деньгами? Да, ребята, крепко вы прокололись! Это надо же – перепутать и похитить не ту женщину!