— Как?! — Майя содрогнулась. Она по-прежнему страдала от духоты, но ей вдруг стало зябко.
А Павел Сергеевич, бросив взгляд в сторону кассы, уверенно повторил:
— Там вы уже не выйдете.
— Что… Почему…
Она не стала бы спорить с человеком, которого объявили сумасшедшим, но все, что девушка видела в магазине, внушило ей мысль, что обычная логика жизни действует не всегда. И Майя, с трудом переведя дух (ей вдруг показалось, что у нее останавливается сердце), заговорила:
— Вы что-то знаете? Объясните! Тут бродят люди, которые явно побывали в автокатастрофе. Мужчина с мальчиком и еще одна женщина… Почему им никто не помог? Как это возможно…
— Тут все — после катастроф, — перебил ее Павел Сергеевич. — Не только те трое, о ком вы говорите.
— То есть… Вы хотите сказать…
— Тут все — в коме.
Майя с ужасом огляделась и наконец поняла, что блуждания странных покупателей между полок с товарами не просто казались бесцельными, а были таковыми. Никто ничего не собирался покупать, тележки наполнялись продуктами и вещами без толку, без смысла, и бросались, где придется, вдали от кассы. И было еще кое-что, чего девушка до сих пор не понимала, но подсознательно ощущала все время и оттого терзалась смутной тревогой с момента появления в магазине. Сквозь тихую, монотонную мелодию, звучавшую в торговом зале из динамиков, не пробивалось ни единого человеческого голоса. Звуковой фон, свойственный большим магазинам, отсутствовал.
— А если сомневаетесь, — продолжал Павел Сергеевич, — тогда посмотрите, что вы там видите?
Он указывал на стеклянную стену магазина, ту, где находился вход. Майя взглянула и обнаружила, что за стеклами повисла кромешная тьма. Яркие луны фонарей погасли, настоящей луны тоже не было видно в небе. Стекла казались закрашенными черной краской от пола до потолка.
— Где мы? — вырвался у нее странный вопрос. Девушке вдруг показалось, что магазин перенесся с обочины шоссе, по которому она проезжала десятки раз, в какую-то черную неведомую страну.
— Нигде и везде, — немедленно ответил мужчина.
— Значит, со мной что-то случилось… И я… уже не выйду отсюда? — Отчаяние почти лишило Майю голоса. Она сама едва расслышала себя. — Но как же так? А этот менеджер, которого они позвали, разве он не может меня выпустить?
— Они никого не звали. — Павел Сергеевич смотрел в сторону кассы, где маячили фигуры кассирши и охранника. — Они никого не способны позвать. Тот, кого они считают менеджером, приходит сам. Здесь все его ожидают. И он совсем не то, что вы думаете увидеть.
— Он… Смерть? — безголосо спросила девушка.