Ужин в этот день был великолепен. Проверенным способом наловив карасей, я наварил себе ухи в котелке. С картошечкой, зеленью и всеми прочими необходимыми ингредиентами, а потом полчаса смаковал аппетитное варево, после чего пришел к выводу — жизнь удалась. Уже в сумерках вымыв тару в реке и едва избежав объятий небольшого, но необычайно прыткого осьминога, я сложил в нее десяток рыбешек и понес их кошке. Она встретила меня у дверей комнаты, с котенком в зубах. Видимо, у малышей уже открылись глаза и они достигли того возраста, в котором появляется нестерпимое желание исследовать окружающий мир. Пантера положила котенка на подстилку к остальным, а я поставил котелок с карасями и обратился к ней:
— Вот и ужин подоспел. Приятного аппетита!
Большая черная кошка обнюхала подношение и, абсолютно не стесняясь меня, принялась насыщаться. Я же решил не мешать и вышел из комнаты, однако в этот раз не стал спускаться на улицу, а зашел в соседнюю и принялся обустраиваться. Достал из шкафа несколько погрызенных молью одеял, платьев и расстелил их на полу, соорудив мягкую лежанку, на которой и растянулся, положив клинки у изголовья. Да, я понимал, что времени прошло мало, что пантера может воспротивиться такому наглому "подселенцу", но неизвестно какая по счету беспокойная ночь добавила мне решимости. Все, надоело! Я хочу просто нормально выспаться!
Однако сразу засыпать я не стал, ждал, когда кошка расправится с ужином. Это было трудновато, так как веки постепенно наливались свинцом, и открывать глаза с каждой минутой становилось все сложнее. Но спустя четверть часа в комнату заглянула пантера. Она сперва поглядела на меня с некоторым недоумением, а затем подошла поближе и нависла надо мной большой черной тучей. Моя рука сама собой ухватилась за рукоять кинжала, но сам я спокойно спросил у хищницы:
— Мне ведь можно остаться здесь на какое-то время? Если нет, я сразу уйду, можешь не сомневаться. Ты только знак какой-нибудь подай, чтобы я понял.
Но пантера ни рычать, ни шипеть не собиралась, вместо этого она наклонила голову. Нет, не для того, чтобы вцепиться в шею — она стала тщательно обнюхивать мое лицо. Я в этот момент не шевелился и не мешал ей. От большой кошки пахло рыбой и телом дикого зверя, однако мне отчего-то захотелось прикоснуться к ее шерстке, почувствовать пальцами ее мех. Разумеется, я не стал этого делать — это ведь не домашняя киска, привычная к ласке, а хищница, которая может мое прикосновение расценить как угрозу.
Тем временем пантера удовлетворенно фыркнула, видимо, ей пришлось по душе, как я пахну. После этого она спокойно развернулась и удалилась к себе, а я облегченно выдохнул и отпустил рукоять клинка. Можно праздновать победу — мой авантюрный план сработал, и в результате я получил надежное убежище. Да, немного настораживала та легкость, с которой кошка признала меня членом своей стаи, но я не стал размышлять над этой странностью, а погрузился в сон. Крепкий, спокойный, ничем не нарушаемый, дававший возможность избавиться от накопившейся за несколько суток усталости.