Сделав над собой усилие, Кэрол включилась в разговор. Все шло прекрасно, пока Лена не спросила, что она думает по поводу оперы, поставленной недавно в городе?
— К сожалению, я не была на представлении, — призналась Кэрол.
— Вы ее пропустили? Фрэнк и я так любим ходить в оперу, хотя и спорим постоянно. Иногда наши мнения не совпадают.
— Последнее время Кэрол допоздна работала над росписью. Необходимо было закончить ее в срок, — заступился Фрэнк.
— О, да! Эта живопись, как путешествие в страну фантазии, Кэрол. Совершенно изумительно! Прячущиеся животные исполнены так талантливо!
Кэрол испуганно подумала, как плохо она еще знает Фрэнка и что Лена так мило отвлекает внимание от ее недостатков.
Время от времени ей удавалось ответить что-нибудь кстати, но когда гости перешли в гостиную, она устроилась на одном из стульев, а не на удобной софе и притворилась, что не замечает, как брови Фрэнка сошлись в одну линию. В этот момент Лена села за фортепьяно и попросила Фрэнка переворачивать ей ноты. Кэрол снова почувствовала боль. Она любила музыку, но никакой возможности заниматься ею не было. Лена играла со смелой, непринужденной грацией. Окруженная роскошью этого дома, звуками музыки, Кэрол решила, что выбора у нее нет. Если она любит Фрэнка, то должна его бросить. Они слишком разные и по образованию, и по воспитанию, и по образу жизни. Нельзя допустить, чтобы он сделал ошибку…
Кэрол почувствовала на себе взгляд Фрэнка и подумала, что надо продержаться еще немного… Когда Фрэнк сделал знак Джорджу сменить его у фортепьяно, а сам направился к ней, Кэрол уже приготовилась к защите.
— Что случилось, мой Одуванчик?
— Ничего. Все совершенно замечательно.
— Пойдем со мной, прогуляемся.
Она нахмурилась и показала на музыкантшу, но Фрэнк покачал головой.
— Я был вежлив целый вечер. А теперь, моя милая, положись на меня — с начала и до конца. Ясно? Итак, либо я тебя целую при всех и ты мне говоришь правду, либо мы идем в сад. Там ты расскажешь, что тебя тревожит.
Выражение его лица убеждало, и она воспользовалась окончанием пьесы, чтобы извиниться. Фрэнк открыл перед ней дверь, и они, обогнув террасу, вышли в сад, к клумбе с цветущими нарциссами. Хмельной аромат цветов дурманил голову. В тишине они повернули в аллею, и Кэрол увидела серебристый бассейн.
— Кэрри!
— Твой дом еще красивее в лунном свете, Фрэнк. — Она замолчала. Так не хотелось огорчать его!
— Это то место, где я буду лелеять и баловать тебя, любимая. Я хочу разделить его с тобой и нашими детьми…
Кэрол не могла сопротивляться, когда он привлек ее. Его руки заскользили по талии, голова склонилась к ней. С ответным чувством Кэрол обняла его, губы пылко и страстно потянулись к нему.