Слова Бэмби поразили Еву. По выражению лица Грея она поняла, что и он был удивлен не меньше ее.
— Ты уверена в своем решении? — спросил он. — Может быть, тебе попробовать быть более внимательной к дочери, более заботливой?
— Я уже пробовала, — с грустью сказала Бэмби, повернувшись к Грею. — Но моего внимания хватает ненадолго. Сегодня, в этот ужасный день, у меня было время обо всем хорошенько подумать, и я не собираюсь больше подвергать своего ребенка опасности. Я старалась быть хорошей матерью. Честное слово. Но я постоянно на что-то отвлекаюсь, моя голова забита посторонними мыслями. В таком состоянии недолго до беды. Грей, если ты хочешь получить полную опеку, я не стану возражать.
Ева потеряла дар речи. Бэмби добровольно отказывалась от опеки над дочерью в пользу Грея. Ева никогда не поверила бы в это, если бы не слышала собственными ушами.
Взгляд Грея скользил по взволнованному лицу бывшей жены.
— Завтра мы поговорим об этом еще раз, — сказал он Бэмби. — Потом нам нужно будет встретиться с нашим адвокатом. Но ты должна быть абсолютно уверена в своем желании совершить этот шаг.
— Я уверена, — сказала Бэмби и посмотрела на Еву. — Ева, я ваш должник. Вы спасли жизнь моему ребенку. Я вам безмерно благодарна.
Еве не хотелось, чтобы Бэмби тяготило чувство собственной вины в случившемся.
— Нет, Бэмби. Вы мне ничего не должны и ничем не обязаны. Все мы совершили достаточно ошибок и все втроем должны разделить вину и радость. Мне повезло, что я первой нашла Тинкер. Я назвала бы это скорее чудом, нежели героическим поступком.
Спустя некоторое время, когда Бэмби и Тинкер уже мирно спали, Грей и Ева вернулись в дом Евы. Стоило только двери захлопнуться за ними, как Грей взял Еву на руки и прижал к себе.
— Помнится мне, мы как-то говорили о свадьбе? — прошептал он. — Все остается в силе?
Ева коснулась кончиком языка мочки его уха.
— Только попробуй отказаться от своего предложения! — пригрозила она ему в шутку.
Грей крепче обнял ее.
— Ни за что в жизни. А ты не передумала? Я ведь иногда люблю «поруководить», а иногда бываю настоящей «занозой»… «острой болью» в… плече.
Засмеявшись, Ева поцеловала его в плечо.
— Я успела это заметить. Но не забывай, что у меня большой опыт борьбы с такой болью. Я научилась хорошо справляться с ней. Ну, так что? — спросила Ева, прикоснувшись к губам Грея своими. — Мы будем продолжать стоять здесь и болтать или…
— Нет, мэм, мы не будем здесь стоять! — ответил Грей. — Мы должны хорошенько выспаться. Ты в своей собственной постели, а я на диване.
Ева моргнула.