Девушка, которая взрывала воздушные замки (Luftslottet som sprangdes) (Ларссон) - страница 43

– Мне надо позвонить Эрике и…

– Думаю, что не стоит.

– Как это?

– Она спит в редакции. Можешь пойти ее разбудить.

Микаэль обнаружил Эрику Бергер спящей глубоким сном на раскладном диване в собственном кабинете. Всю ночь она выгребала из ящиков письменного стола и с книжных полок свои личные вещи и бумаги, которые ей хотелось сохранить, в результате чего набралось пять больших коробок. Микаэль долго смотрел на Эрику из дверей, а потом вошел, сел на край дивана и разбудил ее.

– Какого черта ты не пошла спать в мою квартиру, если уж не успела вернуться домой? – спросил он.

– Привет, Микаэль, – сказала Эрика.

Она уже начала было что-то говорить, но Микаэль наклонился и поцеловал ее в щеку.

– Ты сердишься?

– Безумно, – сухо сказал он.

– Мне жаль. Я просто не смогла отказаться от такого предложения. Но сейчас мне кажется, что я поступила неправильно и бросаю «Миллениум», когда надо разгребать дерьмо в крайне тяжелой ситуации.

– У меня едва ли есть право упрекать тебя в том, что ты бежишь с корабля. Ведь два года назад я ушел отсюда, оставив тебя разгребать дерьмо в куда более трудной ситуации, чем сейчас.

– Не вижу ничего общего. У тебя был перерыв в работе. А я ухожу совсем и еще это скрывала. Мне ужасно жаль.

Микаэль немного помолчал, потом слабо улыбнулся.

– Раз пришло время, значит, пришло. A woman’s gotta do what a woman’s gotta do and all that crap.[6]

Эрика улыбнулась. Именно это она сказала ему, когда он уехал в Хедебю. Он протянул руку и по-дружески взъерошил ей волосы.

– То, что ты хочешь уйти из этого дурдома, я понять могу, но мне потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к мысли, что тебе захотелось возглавить самую сухую газету Швеции, предназначенную для чопорных мужиков.

– Там работает довольно много девушек.

– Э-э. Посмотри передовицу. Там же всю дорогу anno dazumal.[7] Вероятно, ты просто чокнутая мазохистка. Может, пойдем выпьем кофе?

Эрика села.

– Мне не терпится узнать, что произошло той ночью в Гётеборге.

– Я уже работаю над этим материалом, – сказал Микаэль. – Когда мы его опубликуем, разразится настоящая война.

– Не мы. Вы.

– Знаю. Мы его опубликуем к началу судебного процесса. Я полагаю, ты не собираешься забирать этот материал с собой в «СМП». На самом деле мне бы хотелось, чтобы ты кое-что написала об истории Залаченко, пока не ушла из «Миллениума».

– Микке, я…

– Последнюю статью главного редактора. Можешь писать, когда будет желание. Ее, вероятно, не опубликуют до суда, когда бы его ни назначили.

– Может, это не слишком удачная идея? О чем должна быть статья?