— Ты не права. Он вполне подготовлен к жизни здесь, — возразила сестре Мириам.
— Криспин? — Викки не верила своим ушам. — Ну, на несколько лет, может быть…
— Навсегда! Так он мне сказал, когда я решила уехать с ним в Англию. Он же думает, что я никогда не смогу привыкнуть к жизни там. Криспин говорит, что легче перемениться ему. Вот видите, как он меня любит, — заключила Мириам с торжеством.
Вот тебе на! Было время, когда Викки сомневалась, сможет ли Криспин выдержать в Дамаске хотя бы год, а теперь все это… Невероятно!
— А что же с Адамом? — опять спросила она, уже с вызовом.
Мириам проигнорировала вопрос. Вместо этого она занялась своей сестрой. Обвив Умм-Яхью руками и поглаживая ее мокрые волосы, она говорила:
— Это же большая удача! Все уладится, увидишь. Только подумай, главное отец не будет против. Ведь он к Криспину очень хорошо относится.
Викки больше не желала слушать подобное. О, она выскажет Криспину все, что думает о нем! Как он мог поступить так с Адамом? Адамом, который был так добр с ними обоими, который посвятил им так много личного времени, помогая осваивать новую продукцию?! Адамом, которого она любила безнадежно, зная, что он принадлежит другой…
Викки начала торопливо одеваться.
— Куда вы собрались? — с тревогой спросила ее Умм-Яхья. — Вы простудитесь, выйдя на улицу так быстро.
— Мне надо! — настаивала Викки. — Я должна поговорить с Криспином.
Сестры переглянулись. Потом Мириам сказала:
— Вы не уговорите его изменить свое решение.
Викки могла лишь позавидовать ее уверенности, но она знала, что Криспин никогда до конца не уверен в правильности принятого им решения. Разумеется, думала Викки, она докажет ему, что так поступать по отношению к Адаму по меньшей мере несправедливо.
Викки яростно сушила волосы, пытаясь уложить их в подобие прически, но это ей никак не удавалось.
— Что вы собираетесь делать, Викки? — спросила Умм-Яхья. Викки была поражена, заметив страх в глубине прекрасных серых глаз, но не дала отвлечь себя от поставленной цели.
— Я встречусь и поговорю с Криспином, — ответила она.
Умм-Яхья бессильно повела плечами:
— Ну, если это так необходимо…
Она сказала несколько слов по-арабски сестре. Мириам слушала ее вначале удивленно, потом с недоверием повернулась к Викки.
— Это неправда! — вскричала она. — Викки, скажите, что это неправда!
Викки решительно взяла свои вещи.
— Что неправда? — требовательно спросила она.
— Что вы сами влюблены в Криспина!
Викки едва не расхохоталась. Если б ее чувства имели хоть что-то общее с этим…
— Разумеется, нет! — заявила она с такой уверенностью, что сестры не могли не поверить ей. — С чего вы это взяли?