Мимо с шумом проносится машина. Из окна высовывается блондинка, машет кому-то. Машина с визгом поворачивает направо, в сторону виа Сьяччи. Брюнетка входит в лавочку, чтобы купить сигареты.
И тут один за другим приезжают они. Сигналят и тормозят. Одни запрыгивают на мотоциклах на тротуар, другие паркуются перед закрытыми окнами кафе «Евклид». Баби слезает с мотоцикла, откидывает волосы назад. К ней подходит Паллина.
– Круто, правда?
– Что?
– Ну, что мы так вот удрали, ночью, не заплатив. Со мной еще такого не было. Так забавно. И они все такие милые, правда?
– Нет. И мне совсем не забавно.
– Ну, один-то разик…
– Это не один разик. И ты это прекрасно знаешь. Они так делают всегда. Паллина, ну как ты не понимаешь? Это все равно что украсть. Если ты пообедала и не заплатила – значит, ты украла.
– Подумаешь! Тарелка пасты и пиво. Кража века!
Вдруг Баби кто-то ощутимо бьет по плечу. Это Маддалена. Она жует жвачку, глядя на них с ухмылочкой.
– Слушай, не ходила бы ты сюда.
– Почему?
– Потому что я не хочу.
– Нигде не написано, что это твое место. Так что запретить ты мне не можешь.
Баби поворачивается к Паллине, обрывая спор. Пытается заговорить с ней. Но тут ее рывком разворачивают.
– Ты чего, не поняла? Уматывай отсюда. – Маддалена пихает Баби в плечо. – Дошло?
Баби вздыхает:
– Что ты от меня хочешь? Ты кто такая вообще?
Маддалена повышает голос. Багровеет.
– Кто я? Я тебе щас рожу разобью! – подходит и вопит ей прямо в лицо. – Поняла?
Баби брезгливо морщится. Кто-то повернулся посмотреть, что происходит. Потихоньку разговоры прекращаются, и все собираются вокруг них. Все знают, что сейчас произойдет. Баби тоже. Она пытается отодвинуть Маддалену. Слишком уж близко та стоит.
– Ну все, хватит. Не люблю скандалов на людях.
– Не любишь, да? Сиди тогда дома!
Маддалена угрожающе приближается. Баби упирается ей руками в плечи, пытаясь удержать на расстоянии.
– Слушай, я же сказала, я не хочу с тобой ругаться…
– Ты чего? – Маддалена смотрит на руку Баби у себя на плече. – Какого черта ты меня трогаешь!? Убери грабки! – она бьет Баби по руке.
– Хорошо, я уйду. Стэп!
Баби поворачивается поискать его. Но вдруг чувствует жгучую боль в правой скуле. Кто-то ее ударил. Она оборачивается. Перед ней Маддалена. Ухмыляется, вскинув сжатые кулаки. Это она ударила. Баби хватается рукой за щеку. Скула горячая и ноет. Маддалена пинает ее в живот. Баби пятится назад. Удар пришелся вскользь, но все равно больно. Баби поворачивается, чтобы уйти.
– Куда поперлась, сучка?
От пинка пониже спины она летит вперед. С трудом удерживает равновесие. На глазах выступают слезы. Медленно бредет дальше. Вокруг галдят, смеются. Кое-кто молча смотрит на нее, иные тычут пальцем.