От этих мыслей у мистера Дж. Л. Б. Матекони перехватило дыхание, и он почувствовал прилив жалости к несчастным детям, и жалость эта смешивалась с любовью. Он даст им то, чего у них никогда не было. У них будет все, что есть у других детей и что другие дети принимают как должное. Он даст им ту любовь, которую они не получили в предыдущие годы, и будет давать ее до тех пор, пока не компенсирует недостачу.
Мистер Дж. Л. Б. Матекони подкатил кресло к дереву, под которым фотограф устроил передвижную студию. Фотограф скрылся за своей треногой и взмахнул рукой, привлекая внимание девочки. Что-то щелкнуло, потом зажужжало. Жестом фокусника фотограф извлек готовый снимок и стал на него дуть, чтобы тот побыстрее высох.
Девочка взяла фотографию и улыбнулась. Настала очередь ее брата. Тот встал под деревом, заложив руки за спину, чуть приоткрыл рот в улыбке. Последовал очередной фокус с фотографией, и мальчик тоже остался доволен.
— Ну вот, — сказал мистер Дж. Л. Б. Матекони, — теперь вы сможете повесить их у себя в комнатах. А потом мы сделаем новые фотографии.
Он уже собрался везти кресло назад к машине, но застыл на месте, его руки беспомощно повисли вдоль туловища.
Перед ним стояла мма Рамотсве, держа в правой руке ящик с письмами. Она как раз направлялась на почту, но увидев его, остановилась. Что происходит? Откуда здесь мистер Дж. Л. Б. Матекони? И чьи это дети?
Глава 15
Что натворила вредная служанка
Флоренс Пеко, мрачная и всем недовольная служанка мистера Дж. Л. Б. Матекони, страдала головными болями с того самого дня, как мма Рамотсве сообщила ей о грядущей женитьбе хозяина. Она всегда была подвержена мигреням, которые начинались у нее от любых неприятностей. Вот, например, суд над ее братом был отмечен тяжелейшими головными болями. Теперь каждый месяц, когда она отправлялась навестить его в тюрьме возле индийского супермаркета, мигрень начиналась в тот самый момент, когда она занимала очередь среди прочих родственников заключенных. Ее брат был замешан в угонах машин, и хотя на суде она свидетельствовала в его пользу, она знала, что наказание вполне справедливо. Впрочем, те проступки, за которые он получил пять лет тюрьмы, были лишь частью его преступлений. И все равно, Флоренс была возмущена тем, что его признали виновным, и громко кричала на полицейских в суде. Судья уже собиралась уходить, но снова вернулась на место и подозвала Флоренс.
— Это суд, — сказала она. — Здесь вы не имеете права кричать на полицию или на кого-либо еще. Более того, вам крупно повезет, если прокурор не возбудит против вас уголовное дело за все то вранье, которое мы от вас услышали.