Аналитик размышлял, что же такое он сейчас узнает. Пока он не представлял себе, что может связывать эти убийства с тетрадями Виллара, и тем более не понимал, какое отношение к произошедшему имеет Доктор.
Хотя, несомненно, какая-то связь между тетрадями Виллара и подземным миром, мифами о полой Земле существует… Не потому ли в эту темную историю оказались втянуты и геологи? Пока еще рано что-то утверждать, но Маккензи наделся, что Мани подскажет ему, в каком направлении следует вести поиски.
— Вы Маккензи? — спросил Мани, слегка отодвинув тяжелую дверь.
Лампа, прикрепленная к металлическому фасаду, осветила лицо художника. Ему было под шестьдесят. Высокий, крепкий, Мани обладал несомненной харизмой: от него исходила какая-то отеческая уверенность. Глубокие синие глаза, вьющиеся седые волосы, одет в длинный помятый льняной пиджак, просторные брюки и сандалии. Судя по кругам вокруг глаз и щетине, нервы у него были на пределе, он выглядел измученным, а главное, подавленным смертью жены.
— Да. Извините за поздний визит…
— Не важно. Спасибо, что согласились подъехать сюда. Входите скорее.
Ари вошел в полутемный ангар. Антуан Мани тут же с оглушительным грохотом захлопнул железную дверь.
— Это склад одного моего друга-галериста, — объяснил он, ведя Ари на другой конец ангара. — Я не хотел разговаривать с вами у себя дома. За мной следят. Не знаю, полиция или те гады, которые убили мою жену, но уверен: за мной следят.
Он открыл стеклянную дверь, которая вела в комнатушку, прилегавшую к главному залу.
— Присаживайтесь. Здесь не слишком удобно, но мы, по крайней мере, в безопасности.
Ари сел в одно из старых кресел посреди хаоса, царившего в комнате, служившей, по всей видимости, архивом и кабинетом. Здесь были телефон, несколько упакованных картин, стенные шкафы набиты папками…
— Примите мои соболезнования…
Художник присел напротив Ари.
— Благодарю вас. Надеюсь, нам удастся найти тех, кто это сделал, — сказал он, вынимая из кармана пачку сигарет. — Курите?
— С удовольствием. По телефону вы сказали, что у вас есть подозрения…
— Да. К сожалению, они касаются не самих преступников, а их мотивов.
— Слушаю вас.
— Не могли бы вы сначала сказать, на какое ведомство вы работаете?
Ари пришлось поломать голову. Он не стал упоминать тетради Виллара из Онкура. Во-первых, рассказ грозил затянуться, во-вторых, художник не понял бы, как все это связано с гибелью его жены. Скорее всего, он счел бы эту историю полным бредом и вообще не принял бы Ари всерьез.
— Я провожу расследование, касающееся судьбы трех французских геологов. Один из них умер при таких же точно обстоятельствах, что и ваша супруга и ее коллега.