За время отсидки мужа в порочащих ее связях Светлана замечена не была. Головокружительных романов, слухи о которых дошли бы до зоны и подтолкнули мужа к расправе над неверной женой, не заводила.
Жила тихо, спокойно. Занималась мелкой коммерцией. Крутилась по мере сил и возможностей. Растила дочку.
Денег должна не была. У нее тоже никто не занимал.
Дворецкий не первый год работал в органах, но это было первое дело, зацепиться в котором он ни за что не мог. Птица, с неприятным для милицейского слуха названием глухарь, замаячила на горизонте и так и грозила опуститься на полку в отделе по расследованию убийств…
4
Газета «Городской вестник», 29 марта, суббота
«Внимание: РОЗЫСК!
Командование Междуреченского военного училища обращается к жителям города оказать посильное содействие в розыске двух курсантов первого курса — Баранчеева Альберта Игоревича и Сизова Владимира Васильевича, которые в субботу, 22 марта, приблизительно в 17 часов 40 минут, покинули расположение училища (были отпущены в увольнение), и с этого момента их больше никто не видел.
Приметы:
Баранчеев Альберт Игоревич, 1979 года рождения, рост 172 см, телосложение нормальное, волосы светлые, прямые.
Сизов Владимир Васильевич, 1980 года рождения, рост 183 см, телосложение атлетическое, волосы темные, вьющиеся, на левом предплечье следы от выведенной цветной татуировки.
Оба были одеты в зимнюю парадную форму одежды (шинель, шапка).
Просьба ко всем, кто располагает какой-либо информацией о нынешнем местонахождении курсантов, сообщить по телефонам…»
И для связи были даны три номера — два училищных и один редакционный. На всякий случай.
С фотографий на читателей «Городского вестника» смотрели два совершенно серьезных, даже суровых, словно накануне им доверили самую большую военную тайну, коротко постриженных молодых человека в парадной форме без головных уборов.
22 марта, суббота, 20 часов 35 минут
1
«Жигули» цвета «серебристый металлик» девяносто девятой модели напоминали хищную океаническую рыбу. Это сходство подчеркивали спойлеры, молдинги и прочие автомобильные излишества, которыми хозяин, обладающий своеобразным вкусом, облепил машину со всех сторон. Намокшая под дождем поверхность блестела, словно чешуя.
Все владельцы палаток и павильонов города хорошо знали эту машину и называли «инкассаторской». На ней в определенный день каждого месяца люди Феликса — Зубр и Шлем — объезжали частные торговые точки и собирали дань. Поэтому когда она, подняв мутный столб брызг, подъехала к одиноко стоящей палатке около одного из входов в городской парк и протяжно заиграла сигналом «Ламбаду», молодая хозяйка моментально показалась в окошке, махнула рукой и крикнула: