– Магнитофонную, как в кассете?
– Это пленка от такого карманного диктофона. Звук там искажен. Как будто он нервничает или что-то в этом роде.
– О чем там идет речь?
– Это сложный вопрос. Я не могу так сказать. Обычно я сразу узнаю проект, это становится ясно мгновенно. Но не в этом случае. Возможно, это не что иное, как.
Я взглянул на горы бумаг у себя на столе и вздохнул.
– Мы сейчас приедем, мисс Барстоу.
– Если не возражаете, я не хотела бы встречаться у нас в офисе. В двух кварталах от него на запад есть кафе.
– Нам понадобится двадцать минут.
– Это кафе принадлежало многонациональной корпорации и позиционировало себя как заведение для жителей окрестных домов. Помощница адвоката сидела за столиком, спрятавшимся под каким-то растением в кадке с большими, как весла у байдарки, листьями. Над ней висела огромная картина, которую, похоже, рисовала шимпанзе, сунувшая задницу в краску, а затем повозившая ею по холсту. Я мельком взглянул на нее сквозь листья.
– Доктор Ливингстон, я полагаю? – На столе стояла чашка кофе и лежал серебристый диктофон под микрокассеты.
Лидия сумела выдавить из себя подобие улыбки. Гарри живо протиснулся мимо меня и сел, имея в виду, что за напитками идти мне. Я затрусил к стойке, раздумывая по ходу, не взять ли ему карамелизованный охлажденный безалкогольный коктейль «макарена» или что-нибудь в этом же роде, но затем образумился и заказал два обычных кофе. Я поставил чашки на столик и сел по диагонали от мисс Лидии. Последние несколько дней, казалось, – состарили ее. А может, это просто луч солнца, заглядывающий в окно, наложил темные тени в уголки ее глаз.
– Эта лента, которую вы нашли сегодня утром, она была где?
– Диктофон был у него в плаще, детектив Наутилус, который висел в офисном шкафу. В этом нет ничего необычного: он нередко оставлял в карманах дорогие ручки, сотовый телефон и всякое такое. А этот плащ вообще со множеством карманов. Он еще смеялся, называя его своим вторым кабинетом.
– В плаще было что-нибудь еще?
– Нет, только диктофон. О, простите, еще там была карта.
Она полезла в сумочку и извлекла оттуда сложенную карту Мобила с пригородными районами. Гарри взял у нее карту и, отложив в сторону, взял со стола диктофон.
– А почему вы не отнесли эту пленку главе фирмы, этому мистеру Хамерле?
Глаза ее забегали, возникла неловкая пауза.
– Мисс Барстоу, с вами все в порядке? – спросил Гарри.
– Я просто не знаю, как это сказать. Я… я боюсь его.
– Мистера Хамерле?
Она сделала два коротких, судорожных движения, похожих на кивки.
– После исчезновения Рубина мистер Хамерле стал очень придирчивым и моментально приходит в ярость. Он также очень интересуется кабинетом мистера Койла, иногда заходит туда и закрывает за собой дверь. Я все слышу. Он что-то ищет. Когда я обнаружила. Эту пленку, то подумала, может…