Глава 22. Беседы при ясной луне ближе к полудню
Стасик Цыбин появился на свет в небольшом украинском селе Пятихатка, что под Сумами, в семье механизатора достаточно широкого профиля и учительницы начальных классов. С ранней молодости его отличала тяга к изящной жизни, что в его представлении означало пить много горячительного и желательно ни хрена не делать. Чтобы приблизиться к мечте, он по окончании школы без особого труда поступил в военное училище. Почему без особого труда? Да потому, что в Симферопольское военно-политическое училище строительных войск конкурса отродясь не было, а напротив, туда охотно принимали практически всех, заглянувших на огонек.
Вскоре его постигло жестокое разочарование: если в плане выпивки все обстояло более чем благополучно (в военно-строительных войсках пили все, много и постоянно), то касательно второй части его наполеоновских планов вырисовывался полный облом – в Советской армии работой умудрялись загружать практически всех, кроме высшего генералитета и маршалов, естественно. А по окончании военного училища, как известно, выше лейтенанта звания не присваивают.
Стасик очень загрустил, засобирался было уйти со службы и податься в официанты, поближе к деньгам и выпивке, но тут в его судьбу впервые (но далеко не в последний раз) вмешался случай. Отдыхая после окончания третьего курса в Гурзуфе, он познакомился с Ираидой Чугуновой, единственной и горячо любимой дочкой заведующего отделом ЦК Компартии Украины Анатолия Емельяновича Чугунова, и та, недолго думая, повела его в ЗАГС прямо с пляжа.
Дело в том, что Стасик был красавцем, этаким мачо из латиноамериканских телесериалов, Луис такой Альберто или Педро там Игнасио: квадратный подбородок, роскошные черные кудри и глаза с поволокой. А еще он умел загадочно и многозначительно молчать. Вот девушка и не устояла.
Папа Чугунов, известный среди подчиненных ему крутым нравом, зятю-плебею не обрадовался и попробовал было взбрыкнуть, но и дочурка кротостью отродясь не отличалась и выдала папане по полной программе: попробуй, дескать, зятя не признать и в семью не пустить. Да я под поезд, под дорожный каток, под первого попавшегося грузина, по рукам, в конце концов! Папа попыхтел, покряхтел и сдался. На свадьбе пол-Киева гуляло, и из самой Москвы гости приезжали. Кого там только не было... Не было разве что Стасиковых родителей, их решили не отвлекать от уборочной. Правда, свадебные фотографии им потом отослали.